Category: знаменитости

Category was added automatically. Read all entries about "знаменитости".

Самый надоевший город на земле...

Я лично не люблю этот жанр - "смотрите на эти камни, тут был Вассиан". По такому принципу самая захватывающая история - у туалета палаты общин Великобритании, только представьте, сколько тут бывало великих людей!..

Но многим нравится, да. Специально для них:

Себаг Монтефиоре С.Дж. Иерусалим. Биография



Шпионы там, шпионы здесь...

...без них не встать, без них ни сесть. Фриибуста радОВАет любителей "прошпионоф" с пометкой "ПМВ". Сборник содержит воспоминания англичанина-"скотланд-ярдиста" о схватках с германскими агентами в Англии и (внезапно!) в Греции, сочинение некоего лягушатнЕГа в жанре "невыдуманные истории " и наукообразный опус о германском разведывательном центре в Мадриде.

Шпионаж во время войны



Война древних с новыми - 7

В опу ж ваших греков!

Классицизм, победивший корнелевского "Сида", постулировавший свои золотые правила и оккупировавший театральную сцену, цвел и пахнул, когда, как это и положено по всем законам жанра, к нему незаметно подкрался злобный враг. Он скрывался до поры до времени в недрах литературных жанров, о которых не писал ничего Аристотель, в которых не творили греки и римляне, а следовательно, нельзя было убить врага в лоб цитатой на мертвом языке. И почуяв эту невозможность, картезианцы (и сознательные, приветвовавшие учение Декарта, и бессознательные, злобно с ним полемизирующие, но вынужденные в ходе спора применять его же аргументы и методы) начали подкоп под священный авторитет античных классиков...


Титульные листы поэм Демаре де Сен-Сорлена...

Во-первых, в обществе, где большинство всё еще страдало католицизмом головного мозга, не мог не появиться особый жанр поэзии - религиозная эпопея. Поначалу авторы "священных писаний" добросовестно, как завещали им поэты Плеяды, Малерб и Академия, высовывали языки и подражали классическим образцам эпического жанра - Гомеру, Вергилию и итальянцу Торквато Тассо (автору "Освобожденного Иерусалима"). Но то ли из-за рокового стечения обстоятельств, то ли из-за того, что КГМ поражал в основном пустоватые и немясомолочные головы, получалась редкостная дребедень. "Лучшими образцами" подобного творчества стали поэмы уже знакомых нам авторов: Демаре де Сен-Сорлена - "Кловис, или Христианская Франция "(то бишь о Хлодвиге, 1657 год), и Жана Шаплена - "Дева, или Спасенная Франция" (о Жанне, понятное дело, д'Арк, 1656 год), и увы, обе вышли кривенькие и страшненькие.

Буало так жеско выстебал их (сперва в "Сатирах", потом в полемических сочинениях, в итоге - в "Поэтическом искусстве"), что, например, Шаплен вторую часть своей "Девы "так и не решился напечатать - впервые она увидела читателей лишь в 1882 году как "посмотрите, о какая куриозная редкость!". Окончательно же добили этот жанр во Франции пародии - в 1678 году Буало опубликовал ирои-комическую поэму "Налой" (выспренным языком описывающую схватку двух попов по поводу того, куда поставить столик), а в 1755 году над поэмой Шаплена выстебался Вольтер в "Орлеанской деве". Так что постепенно в умы авторов эпопей пришла мысль (целая!), что... нет, не они такие глупые, а что Гомер и Вергилий, как "грязные язычнЕГи и тупые бездуховные тварЕ", просто не годятся в образцы, ибо ничего не понимали в христианстве...

 
...и Жана Шаплена
Collapse )

Как стать Врогодуем

Не знаю, издавалась ли эта книга, или существует только в сетевом варианте - гуглопоиск молчит, "Озонум" не выдает. Но по крайней мере на Флибусте "Жизнь и времена Горацио Хорнблауэра" Сирила Н. Паркинсона лежит преспокойно в самом что ни на есть переводе на россиянскую мову.
Потому что это для лохов Паркинсон писал книжки по психологии (не читали?!! зря, зря, да и я бы даже сказал резче - ффуууу...), а для настоящих пацанов - морские романы о Ричарде Деланси (я один читал, "Плата дьяволу" - фонтан, честно говоря, бьет только местами, а так в основном струится). И был, понятное дело, большим поклонником "корифея жанра" С.С. Форрестера и его романов о Хорнблауэре - настолько, что в 1970 году выпустил вышеозначенную книгу в жанре фикшн-биографии литературного персонажа, поставив на некоторое время даже в тупик нескольких известных архивариусов, которые никак не могли найти кое-какие "редкие издания", на которые ссылался "добросовестный биограф".
Причем автор не ограничивается пересказом фактов и сюжетов из романов и рассказов Форрестера, а "художественно домысливает и дописывает", вводя в "ткань повествования" неизвестных ранее персонажей (например, папу Хорнблауэра, деревенского аптекаря, или школьного учителя) и даже эпизоды собственного сочинения (как похищение коммодорского брейд-вымпела). В общем, перед нами живописная "картина красками" английского военно-морского флота "эпохи Нельсона" на фоне важнейших событий того времени, да еще выполненная по всем канонам и стандартам жанра исторической биографии.
Итого, чтение весьма занимательное и любопытное...



Губернские сказания-2: Самрайск монументальный

Решил вступить в говно немного позанимать-таки гражданскую позицию, ибо "не могу мычать молчать". Чисто для успокоения собственной совести, а не с намерением устроения революций, ибо не того полета гуси мы... Короче, встречайте "Сказания Самрайской губернии". Все персонажи вымышленны и сходство с реальными лицами в губернии Самарской абсолютно случайно (тм)

http://progorodsamara.ru/newsv2/1419.html

Памятники Юрию Деточкину и товарищу Сухову должны появиться в Самаре в ноябре, сообщил депутат Госдумы Александр Хинштейн по итогам оргкомитета "Культурная Самара".


Глаза боярина Боярской думы Нихтштеена сверкали, как яхонты, рука сама собой парила в воздусях, борода встопорщилась и суровым клином уперлась вдаль, а драгоценные каменья на перстнях переливались, как битое стекло под луной.

И это только начало! Самрайску нужны статУи и парсуны, больше статУй и парсун! На главной площади, напротив памятника князю Куйбысу, мы поставим памятник гусельнику Цую и напишем на нем “Куй жив!”, а копию с той же надписью поставим на площади перед памятником князю Кивору. Монумент казакам атамана Чепая дополним скульптурной группой “Белобогемцы, бегущие за казаками Чепая”, и композиция наконец-то, спустя 70 лет, обретет логичную завершенность. Надгробную плиту Паниковскому украсит барельеф “Командор советует Паниковскому отпустить гуся и ехать в Черноморск”. Самолетную оглоблю перед музеем Летания На Пинках дополним элементом “Гравицапа”, чтобы она уже могла совершать межгалактические перелеты! Скомороший загон “Шапка магистра тевтонского ордена” будет дополнен монументальным монументом “Магистр тевтонского ордена, держащий шапку в руках” (по грудь). Кирилла и Мефодия на Барбошиной поляне дополнят Онуфрий, Евграфий и Павсикакий. К “Иероплану” у беговых конюшен приделаем вторую пару крыльев, посадим туда куклу и назовем “Летун Нестеров выполняет мертвую петлю”. К мальчику, глядящему на девочку напротив губернской читальни подсадим мальчика, глядящего на мальчика, девочку, глядящую на девочку, и дяденьку, глядящего на собаку....”

Пот катил крупными каплями по красному лицу боярина. Но самое главное он всё же приберег напоследок:

А над полем для игры в лапту, где пройдет Всемирный Лаптондиаль, будет возвышаться величесвенный аллегорический ансамбль, символизирующий Самрайск и его любовь к потехам - “Козел, играющий в лапту”!