qebedo (qebedo) wrote,
qebedo
qebedo

Category:

Сага об Олифанте (продолжение)

5.

Батальон датчан идеально вписывался в окружавший его пейзаж — солдаты в новеньких, с иголочки, красных мундирах, ослепительно сверкая белыми перевязями, начищенными пуговицами и бляхами на буром лугу (снег уже стаял, но свежая трава еще не пробилась) выстроились идеально ровной линией, от прянично-белесой мельницы до затянутой ряской запруды. Легкий ветерок шевелил знамя и пышные султаны на киверах офицеров, оркестр меланхолично наигрывал какой-то флегматично-старомодный марш, попискивая флейтами и вызвакивая литаврами.

Командир батальона, представившийся полковником Баггесеном («1-й батальон Зеландского пехотного полка!») и сопровождавший его невысокий плотный человечек с рыжеватыми завитыми волосами, представленный как «секретарь хеер Нюбю» восседали на конях на полпути между своими солдатами и вышедшим из Шаушпиленбурга батальоном. Расстояние было изрядным — что свои датчане, что чужие пехотинцы выглядели крошечными игрушечными солдатиками. Рядом с датчанами сидели в седлах своих лошадей Олифант и Мюнхгаузен — первый гордо подбоченясь, второй сутуло и щурясь сквозь очки от слишком яркого солнца.

Олифант умел, когда надо, разводить в голосе тяжелый металл скептической насмешкой — даже на неродном немецком.

«Вы ожидали застать тут батальон ополченцев, не так ли, господа? А перед вами — регулярный английский полк».

Секретарь и полковник о чем-то перешепнулись, и офицер заговорил гортанно и сухо, будто сыпал горох на барабан:

«Мои солдаты тоже в красном. Это еще не делает их англичанами».

Олифант снова чуть улыбнулся.

«Это не делает их и обстрелянными — медь и латунь на ваших мундирах сверкают так, что любому солдату понятно, что в настоящем бою если кто-то из них бывал, то весьма давно. Впрочем, у меня есть для Вас сюрприз».

Англичанин качнул головой, и Мюнхгаузен судорожно махнул рукой, в которой был зажат кружевной батистовый платок. Тут же свежесть весеннего дня прорезала, перекрыв бухтение датского оркестра, пронзительная мелодия, выдуваемая на волынке. Баггесен поморщился то ли от удивления, то ли от возмущения столь грубыми звуками:

«Шотландцы...»

«Да, хайлендеры».

Нюбю приставил к глазу карманную подзорную трубу, но с такого расстояния смог разглядеть только группу мужчин в клетчатых передниках и с беретами на головах, важно маршировавших между рядов красномундирников во главе с покрасневшим от натуги волынщиком.

Баггесен внезапно улыбнулся — как медведь, передумавший на мгновенье снести человеку голову.

«Да, слава ваших шотландцев докатилась и до наших северных краев».

Нюбю снова скорчил недоверчиво-кислую гримасу, но внезапно, как и его компаньон, подпрыгнул в седле — из ближайших кустов с гиканьем и криками выскочили смуглые патлатые всадники в тулупах мехом наружу, пестрых тюрбанах и с расшитыми поясами. Нехотя повинуясь судорожным жестам Мюнхгаузена, они так же внезапно, как и появились, сорвались с места и поскакали к линиям красномундирников.

«Извините, господа. Кальмукцы. Дикий народ. Хуже казаков. Думаю, не брезгуют и каннибализмом. Уверен, Тетенборн сплавил мне их полк — если орду можно так называть — исключительно чтобы от них отдохнуть. Пленных не берут. Хотя я бы очень не хотел попасть к ним в плен...»

Баггесен и Нюбю переглянулись, и секретарь поежился, прежде чем открыть рот:

«Собственно, господа, наши страны не находятся на данный момент в состоянии войны...»

Его речь прервал артиллерийский залп. Олифант улыбнулся чуть шире.

«Салют в вашу честь, господа».

Баггесен почесал мочку уха:

«Пять орудий. Точнее, фальконов».

«У Вас хороший слух».

«У меня, в отличие от моих людей, хороший опыт. Я дрался при Кьёге с вашим Веллингтоном, он тогда был еще Уэлсли, а я — капитаном. Славно нас тогда вздули. Ну а потом пришлось немного повоевать со шведами».

«Вы правы — это старые фальконы. Нашли в арсенале. Возможно, они помнят еще Северную войну. Но у меня хороший артиллерист, майор Пендрагон, а у Вас, насколько я вижу, артиллерии вообще нет».

«У нас и кавалерии нет», - проворчал себе в нос Баггесен. Нюбю же поторопился его прервать:

«Как я уже сказал, наши страны сейчас не воюют. В Копенгагене идут переговоры, а один из наших батальонов согласились принять в Гамбурге...»

Впервые с начала разговора рот открыл Мюнхгаузен.

«Извините, господа, но Шаушпиленбург далеко не Гамбург, и стоящие в городе части заняли все свободные квартиры и дома в городе. Вам придется встать лагерем чуть подальше — за мельницей есть деревня».

Кислые физиономии датчан показывали, что они явно рассчитывали на большее. Но разговор был прерван толстым запыхавшимся парнем в красном мундире, пузырившемся у него на спине и груди, мешком болтавшемся на крупной лошади, которую отчаянно колотил пятками. При виде Мюнхгаузена он истошно завопил:

«Они идут!!!»

Tags: Олифант
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 11 comments