qebedo (qebedo) wrote,
qebedo
qebedo

Categories:

Человек XVII века и его место



Книга Юрия Эскина «Дмитрий Михайлович Пожарский» – первая за уже 400 лет научная биография известного «спасителя Отечества». (Впрочем, вы удивитесь количеству известных людей, научные биографии которых написаны недавно, или вообще до сих пор не созданы.) Помимо прочего, сочинение опровергает расхожее мнение, что герой 1612 года не получил особого признания своих заслуг, оттертый знатными интриганами. После воцарения Романовых князь Пожарский стабильно занимал важные правительственные посты и регулярно входил в «списки Форбса XVII века» на 6-й, 8-й или 12-й позициях – в донесения иностранных дипломатов, расставлявших русских «олигархов» по степени влияния при дворе.

Так что говорить о том, что «система местничества (порядок, при котором высшие посты государства занимали представители семей, имевших наиболее прославленных и продвинувшихся по служебной лестнице предков) мешала выдвижению талантливых и заслуженных людей» совсем неправильно. Талант пробивал себе дорогу всегда и везде, даже в XVII веке. Более того – знаменитые «споры о месте», жупел и наиболее склоняемое в литературе следствие местничества (когда «обиженный» с его точки зрения недостаточно важным для его рода назначением «местник» бил челом), оказывается, в большинстве случаев решались отнюдь не в пользу истцов. И по самой простой причине: центральная власть не любила признавать свои ошибки, даже очевидные. К слову, многие «споры о месте» заканчивались для зачинщиков весьма плачевно – «выдачей головой», когда истца доставляли на двор ответчика, где он подвергался «публичному унижению» (сам Пожарский однажды претерпел это), а то и тюрьмой и ссылкой.

Ну а в «общей массе», не касаясь «талантов и завистников», система, при которой высшие посты занимали в основном представитель знати, отнюдь не была такой уж глупой и плохой, как нам кажется. Достаточно вспомнить, что ни среднего, ни высшего образования не было, и назначенные воеводами или главами приказов (министерства XVII века) бояре и князья вынуждены были полагаться на собственный опыт. Которого у них и было больше, чем у рядовых дворян, не говоря уже о «подлых людях» – управление крупным поместьем обучало «азам менеджмента», которые были необходимы и на войне, и на госслужбе. Например, одним из серьезных козырей Пожарского на протяжении почти всей жизни было умение читать и писать – наука, недоступная даже некоторым его коллегам-боярам, за которых он подписывался в важных документах.

А что получалось, когда «прихотью судеб» наверху всё же оказывались люди незнатного происхождения – это прекрасно иллюстрируют события Смуты. Восставших крестьян, бросивших труд и принявшихся за «воинское дело», называли тогда всех без разбору казаками, и их атаманы часто «выбивались в люди» – Иван Заруцкий, например, женился на вдовой царице Марине Мнишек и «имел желание» стать, как ее супруг, царем. Но… даже выбравшись наверх, эти люди оставались заложниками своего ограниченного кругозора и небольшого «опыта жить». Атаман Андрей Корела, прославившийся обороной города Кромы для Лжедмитрия I, был вызван им в Москву, обласкан, осыпан наградами и деньгами. И… герой попросту спился, сгинув в бесконечном походе по кабакам.

Так что не стоит считать людей прошлого такими уж глупыми, а их жизнь – темной, дикой и «неправильной».

Tags: книжки
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments