qebedo (qebedo) wrote,
qebedo
qebedo

Categories:

Стальные когти Железного герцога - 10

III. От Бусаку до Фуэнтес де Оньоро

В отличие от прочих побед, Талавера принесла Артуру Уэлсли славу и большой успех. Общественное мнение, уставшее от отступления и эвакуации Мура и провала экспедиции на Вальхерен (из-за которой Уэлсли и не получил никакого финансирования из Англии), встретило новость о триумфе британского оружия на ура. Бывший еще вчера «сипайским генералом», Артур Уэлсли стал бароном Уэлсли и виконтом Веллингтоном (под этой-то фамилией его и узнает весь мир).
Однако во всем остальном ситуация оставалась в целом безрадостной. Испанцы по-прежнему обещали всё на словах и ничего не присылали — ни продовольствия, ни вьючных животных. Так что если бы даже Уэлсли и хотел извлечь какие-то плоды из победы, ему бы это не удалось — особенно при получении известий о том,  что на выручку Мадрида идут Сульт с Мортье. Так что британцы приняли решение уходить обратно в Португалию, чтобы не умереть с голоду. Последней просьбой английского командующего к Куэсте было позаботиться о 2000 раненых, оставленных в Талавере; но и тут испанцы обманули, оставив город и раненых на милость французов.
Отступать решено было к Бадахосу, защищавшему южные проходы в Португалию — Уэлсли считал, что как только французы разделаются с испанцами (в чем он не сомневался), они будут наступать именно тут. Да и формально Бадахос был еще на территории Испании, так что можно было говорить, что в кампании 1809 года «не всё потеряно». Само же отступление было трудным и иногда даже отдаленно напоминало марш к Ла-Корунье — войска были оборваны, голодали, обозам не хватало тягловой силы. Но нет худа без добра — Уэлсли навсегда научился не доверять обещаниям союзников и рассчитывать всё время только на свои собственные силы. Для того британская армия и уходила обратно в Португалию — чтобы выстроить тут надежную и крепкую тыловую базу, стену, имея которую за спиной можно было пытаться достичь уже чего-то большего.



Уильям Карр Бересфорд, создатель новой португальской армии

Конкретные мероприятия для достижения этой цели разделились на два больших направления. Во-первых, продолжалось создание и интенсивная тренировка португальской армии. Веллингтон (теперь уже можно называть его так) поставил перед Бересфордом и его офицерами задачу к 1810 году выставить под ружье 25 000 солдат, обученных так, чтобы не стыдно было включить в каждую британскую дивизию по португальской бригаде. И задача эта была выполнена — бывшие ранее «одной из самых смешных армий Европы», португальцы с 1810 года ни в чем и нигде не уступали англичанам, заслужив и славу, и уважение Железного Герцога настолько, что в 1815 году перед сражением при Ватерлоо он просил у правительства вместо необстрелянных английских новобранцев прислать португальских ветеранов.
Во-вторых же был дан старт одному из самых грандиозных проектов в истории военной инженерии — начато строительство трех линий укреплений вокруг Лиссабона, получивших название линий Торреш-Ведраш (Торрес-Ведрас). Верный своему новому правилу, Веллингтон решил выстроить себе «запасной вариант». План был разработан на основе попавшей в руки англичан докладной записки о возможностях обороны Лиссабона французского полковника Винсента, написанной для Жюно еще в 1807 году. Грандиозное строительство растянулось на год, 5000 португальских ополченцев и 7000 наемных крестьян под руководством подполковника инженерных войск Ричарда Флетчера возвели 126 башен, редутов, фортов, в которых разместились 247 орудий. Гарнизон из 30 000 португальских ополченцев, 8000 испанских солдат и 2500 морских пехотинцев и матросов-артиллеристов с британского флота оставлял возможность армии маневрировать в поле, не опасаясь за то, что линии будут прорваны. К слову, столь грандиозное строительство обошлось в рекордно низкую сумму — около 100 000 фунтов стерлингов.
Имея за спиной такую крепость, Веллингтон спокойно посвятил себя вопросам налаживания снабжения армии и тренировки португальцев и новобранцев. У него был свой, отличный от общепринятого тогда подход к понятию обучения — вместо муштры, строгого соблюдения уставов и палочной дисциплины английский генерал, по выражению своих офицеров, был равнодушен к цвету штанов его солдат, настаивая на том, чтобы все они имели запасные штаны. Показуха, бессмысленные строевые учения — всё это изгонялось из армии Веллингтона, где смысл имело лишь то, что на самом деле необходимо на поле боя.
Спокойному и методичному существованию армии Веллингтона в Португалии в течение почти года (несмотря на усиливающиеся в парламенте обвинения в потере времени и ничегонеделании) способствовало и «возвышение Уэлсли» — осенью 1809 года его брат Ричард был назначен послом в Испании, а 6 декабря того же года он стал министром иностранных дел в правительстве Спенсера Персиваля, а пост в Кадисе достался «по наследству» еще одному их с Артуром брату — Генри Уэлсли. Так что все нити «испанских дел» сосредоточились в «узком семейном кругу», и радикалы даже болтали о «диктатуре Уэлсли». Ричард пробыл на своем посту министра до 1812 года, оказав в итоге брату существенную поддержку в самое трудное время.
Испанцы же, как и предсказывал Веллингтон, терпели поражение за поражением, и к весне 1810 года потеряли практически всю территорию — Сульт занял Севилью, Виктор обложил Кадис, Сюше взял Лериду. И Наполеон решил, что пришло время разделаться, наконец, и с англичанами в Португалии, для чего приказал сформировать из II корпуса Ренье, VI корпуса Нея и VIII корпуса Жюно Португальскую армию, командовать которой поручил маршалу Андре Массена, герою недавней войны с Австрией, ставшему после нее князем Эсслингским. Увы, до сих пор «тайна, покрытая мраком», почему Наполеон сам не возглавил армию. Потому что только его присутствие могло бы укротить столь непокорных людей, как Ней, считавший себя, как маршал, ровней Массене, Жюно, обиженный на всех маршалов вообще тем, что еще не получил жезла, хотя был, в отличие от многих из них, «старым соратником», и Ренье, один из самых молодых, строптивых и честолюбивых дивизионных генералов французской армии (ему было всего 39 лет, притом что бригадным генералом он стал в 25). Найти трех других более строптивых подчиненных было просто невозможно. Вероятно, знаменитое кадровое чутье императора дало сбой, или же он вообще испугался потерять лавры в боях  с «этими англичанами».



Генерал Ренье так и не стал молодым маршалом

Португальская армия французов начала действия 21 марта 1810 года — корпус Жюно осадил испанскую крепость Асторгу. Она сдалась лишь 22 апреля, после чего корпус Нея обложил еще одну испанскую крепость, Сьюдад-Родриго, и провозился с нею до 9 июля, когда испанцы сдались. Британцы не пытались помочь осажденным (да это и не входило в их планы), ограничиваясь авангардными стычками. 4 июля у Гальехоса французский генерал Экорш де Сен-Круа во главе пяти батальонов пехоты и 6 эскадронов драгун «успешно сразился» с англо-португальскими аванпостами. 11 июля у Баркильи генерал Роберт Кроуфорд во главе 6 эскадронов из 1-го гусарского полка КГЛ и 14-го и 16-го легких драгунских полков атаковал 200 гренадеров и 40 кавалеристов под командой капитана Пьера Гуаша, которые в итоге потеряли 32 человека пленными (британцы — 31 человека ранеными и убитыми).
Tags: Когти Железного герцога, наполеоника
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 4 comments