Мсьё Тюренн - император маршалов - 23
Самый главный
Нагрявший после 25 лет войны мир стал золотым временем для Тюренна. В 1661 году умер кардинал де МазарЕн, и Людовик XIV, исполняя настойчивую предсмертную просьбу своего наставника, не взял себе нового первого министра, а принялся управлять страной самостоятельно. К маршалу же он испытывал глубочайшее уважение, смешанное с подростковой благодарностью за неоднократные "спасения" двора во время гражданской войны. Так что Анри де Ля Тур д'Овернь добился наивысшых почестей - стал постоянным участником королевского совета, а в 1660 году получил чин марешаль женераль [де кан эт армэ де руа] (Maréchal général des camps et armées du roi) - главный маршал [лагерей и армий короля]. Это был высший военный чин, которого мог добиться француз (сменивший звание коннетабля Франции), и кроме Тюренна его в истории носило всего 6 человек - герцог де Бирон, герцог де Ледигьер, маршал де Виллар, маршал де Сакс, маршал де Брольи и маршал Сульт.
Есть легенда о том, что Людовик таки хотел сделать своего любимца коннетаблем Франции - это звание давало его носителю привилегию быть в военных вопросах главнее самого короля. Но носитель сего отличия должен был быть католиком - а Тюренн менять веру отказался. Не то чтобы он был религиозным фанатиком, скорее наоборот, мечтал об идеалистическом "слиянии" всех христианских конфессий. Но пока была жива жена, истовая гугенотка, идти против ее веры не хотел. Когда же мадам де Тюренн умерла в 1666 году, ее безутешный супруг внял настойчивым уговорам своих друзей и сменил в 1668 году веру, став-таки католиком. Но к тому времени Людовик XIV уже окончательно упразднил звание коннетабля - чтобы даже чисто теоретически ни один человек в государстве не мог стать в чем-то выше своего короля.
Впрочем, главному маршалу де Тюренну "и без того было неплохо" - он деятельно работал в королевском совете и участвовал в реформировании французской армии, предпринятой им на пару с новым (с 1662 года) государственным секретарем по военным вопросам (то бишь, военным министром) Франсуа Мишелем Лё Тейе (ака Ле Телье), маркизом де Лувуа. Первой и главной их заботой стала унификация - создание единых стандартов обучения солдат, вооружения, снабжения и пр. Ибо вплоть до 1660-х годов все эти вопросы отдавались на откуп командирам полков - они закупали вооружение, отвечали за обучение солдат, их снабжение и пр., и естественно, в армии процветали коррупция и злостные хищения. Тюренн и Лувуа добились принятия единого устава и стандартов вооружения, а также ввели должности генерал-инспекторов - специальных командиров, которые инспектировали воинские части и проверяли выполнение всех стандартов.
Маркиз де Лувуа
По настоянию Тюренна, были созданы гарнизоны - так тогда называли постоянные продуктовые склады в больших городах. И если раньше воинские части, размещенные "на квартирах", занимались "самозакупками" у населения, что почти всегда приводило к грабежам и поборам, то теперь они получали снабжение из гарнизонов, вокруг которых и вставали на квартиры, а потом стали строить специальные помещения - казармы (собственно, именно поэтому позже слово "гарнизон" и стало обозначать воинские части, защищающие город). Польза была обоюдной - солдаты получали постоянное и бесперебойное (ну как... по идее... почти) питание, а мирные жители избавлялись от обременительной обязанности их кормить.
На случай войны Лувуа (в основном, конечно, его подчиненные - ему принадлежала заслуга проталкивания этой схемы в официальных верхах) изобрел "систему пяти переходов" - во время наступления через каждые пять дневных переходов строился новый продовольственный склад, куда постоянно подвозился провиант и из которого войска снабжались продовольствием, не завися теперь от того, что смогут (или не смогут) отобрать у населения. Такие военные склады "по ходу похода" получили название магазины, а система снабжения обрела второе название - магазинная. Это нововведение постепенно переняли все европейские армии и юзали ее вплоть до конца XVIII века, когда нищие армии французской революции не стали снова тупо грабить местное население.
Униформа и знамена французской пехоты Людовика XIV (тыц)
Еще одной революционной мерой "имени Тюренна и Лувуа" стало отнятие у капитанов (командиров рот) обязанности выдавать жалование солдатам и распределять провиант - слишком часто "отцы-командиры" пускались в махинации. Теперь финансовые и снабженческие вопросы решали специальные правительственные чиновники - интенданты (и воровать стали они, что очень сильно расстроило капитанов и штаб-офицеров).
Ну и, наконец (и в этом уже была в основном заслуга Тюренна), французская армия получила новую организационно-тактическую структуру. Войска делились на полки, вводилось достаточно жесткое соотношение пехоты и кавалерии 4:1. Полк делился на три батальона (гвардейские на четыре), батальон на 8-12 рот, в каждой по 50 человек, три четверти пехотинцев становились мушкетерами, и только четверть оставалась пикинерами. Лично Тюренн придумал бригады - соединения из двух полков, способные решать самостоятельные тактические задачи.
Всё это привело к тому, что буквально за несколько лет из малочисленных кучек оборванцев, шнырявших вдоль границ Франции во время Тридцатилетней и Испанской войн, армия превратилась в большую, чему-то обученную, сносно снабженную и довольно управляемую структуру, готовую к серьезным испытаниям. Собственно говоря, вся эта лепетня про "шведскую модель Густлы Адольфы и его наследунов" есть просто лепетня - лучшей армией в Европе стала армия Людовика XIV. К сожалению, достаточного количества мозгов, скромности и терпения, чтобы не начать ею размахивать направо и налево, дабы "всех убить!", у "короля-фашиста" не было...
Нагрявший после 25 лет войны мир стал золотым временем для Тюренна. В 1661 году умер кардинал де МазарЕн, и Людовик XIV, исполняя настойчивую предсмертную просьбу своего наставника, не взял себе нового первого министра, а принялся управлять страной самостоятельно. К маршалу же он испытывал глубочайшее уважение, смешанное с подростковой благодарностью за неоднократные "спасения" двора во время гражданской войны. Так что Анри де Ля Тур д'Овернь добился наивысшых почестей - стал постоянным участником королевского совета, а в 1660 году получил чин марешаль женераль [де кан эт армэ де руа] (Maréchal général des camps et armées du roi) - главный маршал [лагерей и армий короля]. Это был высший военный чин, которого мог добиться француз (сменивший звание коннетабля Франции), и кроме Тюренна его в истории носило всего 6 человек - герцог де Бирон, герцог де Ледигьер, маршал де Виллар, маршал де Сакс, маршал де Брольи и маршал Сульт.
Есть легенда о том, что Людовик таки хотел сделать своего любимца коннетаблем Франции - это звание давало его носителю привилегию быть в военных вопросах главнее самого короля. Но носитель сего отличия должен был быть католиком - а Тюренн менять веру отказался. Не то чтобы он был религиозным фанатиком, скорее наоборот, мечтал об идеалистическом "слиянии" всех христианских конфессий. Но пока была жива жена, истовая гугенотка, идти против ее веры не хотел. Когда же мадам де Тюренн умерла в 1666 году, ее безутешный супруг внял настойчивым уговорам своих друзей и сменил в 1668 году веру, став-таки католиком. Но к тому времени Людовик XIV уже окончательно упразднил звание коннетабля - чтобы даже чисто теоретически ни один человек в государстве не мог стать в чем-то выше своего короля.
Впрочем, главному маршалу де Тюренну "и без того было неплохо" - он деятельно работал в королевском совете и участвовал в реформировании французской армии, предпринятой им на пару с новым (с 1662 года) государственным секретарем по военным вопросам (то бишь, военным министром) Франсуа Мишелем Лё Тейе (ака Ле Телье), маркизом де Лувуа. Первой и главной их заботой стала унификация - создание единых стандартов обучения солдат, вооружения, снабжения и пр. Ибо вплоть до 1660-х годов все эти вопросы отдавались на откуп командирам полков - они закупали вооружение, отвечали за обучение солдат, их снабжение и пр., и естественно, в армии процветали коррупция и злостные хищения. Тюренн и Лувуа добились принятия единого устава и стандартов вооружения, а также ввели должности генерал-инспекторов - специальных командиров, которые инспектировали воинские части и проверяли выполнение всех стандартов.
Маркиз де Лувуа
По настоянию Тюренна, были созданы гарнизоны - так тогда называли постоянные продуктовые склады в больших городах. И если раньше воинские части, размещенные "на квартирах", занимались "самозакупками" у населения, что почти всегда приводило к грабежам и поборам, то теперь они получали снабжение из гарнизонов, вокруг которых и вставали на квартиры, а потом стали строить специальные помещения - казармы (собственно, именно поэтому позже слово "гарнизон" и стало обозначать воинские части, защищающие город). Польза была обоюдной - солдаты получали постоянное и бесперебойное (ну как... по идее... почти) питание, а мирные жители избавлялись от обременительной обязанности их кормить.
На случай войны Лувуа (в основном, конечно, его подчиненные - ему принадлежала заслуга проталкивания этой схемы в официальных верхах) изобрел "систему пяти переходов" - во время наступления через каждые пять дневных переходов строился новый продовольственный склад, куда постоянно подвозился провиант и из которого войска снабжались продовольствием, не завися теперь от того, что смогут (или не смогут) отобрать у населения. Такие военные склады "по ходу похода" получили название магазины, а система снабжения обрела второе название - магазинная. Это нововведение постепенно переняли все европейские армии и юзали ее вплоть до конца XVIII века, когда нищие армии французской революции не стали снова тупо грабить местное население.
Униформа и знамена французской пехоты Людовика XIV (тыц)
Еще одной революционной мерой "имени Тюренна и Лувуа" стало отнятие у капитанов (командиров рот) обязанности выдавать жалование солдатам и распределять провиант - слишком часто "отцы-командиры" пускались в махинации. Теперь финансовые и снабженческие вопросы решали специальные правительственные чиновники - интенданты (и воровать стали они, что очень сильно расстроило капитанов и штаб-офицеров).
Ну и, наконец (и в этом уже была в основном заслуга Тюренна), французская армия получила новую организационно-тактическую структуру. Войска делились на полки, вводилось достаточно жесткое соотношение пехоты и кавалерии 4:1. Полк делился на три батальона (гвардейские на четыре), батальон на 8-12 рот, в каждой по 50 человек, три четверти пехотинцев становились мушкетерами, и только четверть оставалась пикинерами. Лично Тюренн придумал бригады - соединения из двух полков, способные решать самостоятельные тактические задачи.
Всё это привело к тому, что буквально за несколько лет из малочисленных кучек оборванцев, шнырявших вдоль границ Франции во время Тридцатилетней и Испанской войн, армия превратилась в большую, чему-то обученную, сносно снабженную и довольно управляемую структуру, готовую к серьезным испытаниям. Собственно говоря, вся эта лепетня про "шведскую модель Густлы Адольфы и его наследунов" есть просто лепетня - лучшей армией в Европе стала армия Людовика XIV. К сожалению, достаточного количества мозгов, скромности и терпения, чтобы не начать ею размахивать направо и налево, дабы "всех убить!", у "короля-фашиста" не было...