qebedo (qebedo) wrote,
qebedo
qebedo

Categories:

Пан Комендант и его комендатура - 11

Рота, шагом марш!

Итак, война началась, и теперь всё зависело от того, насколько новоявленные легионеры смогут проявить себя в бою. Ночью 6 августа 1914 года 1-я кадровая рота была поднята в ружье, перешла русскую границу и вошла в городок Мехув, так и не найдя себе спарринг-партнеров, кроме пограничных столбов, которые были торжественно свалены. 7 августа к ней присоединились еще две роты (450 краковских "стрелков") под командой СтанИслава ТессАро ("Зосик") и Вацлава Вечоркевича ("Скевола"). 8 августа "Збигнев" Каспшицки и его накопленный за двое суток колоссальный военный опыт потребовались в главном штабе, и 1-ю кадровую возглавил Казимеж Ян Пьонтек ("Хервин"). 12 августа 1914 года все эти уже около 600 человек (практически батальон) взяли первый крупный польский город - губернский центр Кельцы (впрочем, так и не ясно - было ли там оказано им хоть какое-то сопротивление).


Казимеж Пьонтек

А Пан Комендант в Кракове сделал тем временем "финт ушами". Временная комиссия конфедерированных политических партий-сторонниц независимости с началом войны находилась в разброде и шатании - совсем не всем понравилась идея превращения "легионов польских" в австрийских наймитов, обещавших "хозяевам" не только сражаться на фронте, но еще и устраивать диверсиии и шпионить на русской теорритории. "Выкобенивание" эрзац-правительства во время войны могло сильно повредить и единоличной власти "легионского начальника", и палки в колеса боевой деятельности вставить. Так что Пилсудски решил "отряхнуть этот прах со своих ног" - 6 августа заявил участникам ВККПП-СН, что-де 3 августа в Варшаве "настоящие патриоты" организовали подпольное "тайное Национальное правительство", и все стрелки вкупе с их комендантом перешли в его подчинение. Рисковать головой и пытаться пробраться во время войны во враждебную Варшаву никому в голову не пришло, и "джентльменам пришлось поверить на слово".

Так Пилсудски развязал с помощью небольшого вранья себе руки в стратегических и тактических вопросах. Пан Комендант тем временем развивал кипучую деятельность - до 11 августа были мобилизованы и вооружены 2500 стрелков, отправленных на подмогу наступавшим на Кельце. 9 августа 1914 года в окрестностях Мехува какой-то помещик подарил ему кобылу-четырехлетку Каштанку, которая быстро превратилась в любимое средство передвижения "отца родного" и стала одним из обязательных атрибутов образа "великого человека" (она прослужит ему вплоть до 1927 года). Верхом на ней Пилсудски лично руководил вступлением 12 августа в Кельце. Далее планировался стремительный бросок на Варшаву, с присоединением по пути добровольцев и "розжигом пламени народного восстания"... Однако планы "рыцаря света на каштановой лошади" разрушила гидра сразу о трех головах.


Верхом на Каштанке (1914 год)

Во-первых, население "освобождаемых территорий" отнеслось к "освободителям" безо всякого энтузиазма - никаких добровольцев в товарных количествах не было, а были многочисленные жалобы австрийскому командованию на реквизиции, поборы и создание каких-то нелигитимные "органов управления Национального правительства". Это заставило насторожиться уже австрийское командование, и оно выкатило свои требования - либо стрелки вливаются в уже намечавшиеся к формированию добровольческие части (в которые изъявили желание вступить "соколы"), подчиняющиеся армейскому командованию (а не "правительству в Варшаве"), либо пусть идут на хрен. В-третьих, во Львове зашевелились "нелевые" поляки - появилась идея создания объединенного органа, который будет бороться за независимость Царства Польского "с австрийской стороны", и первую скрипку в нем приготовились сыграть совсем не социалисты, а "эндеция" и "аграрии", как наиболее массовые партии.

Пришлось отказываться от "дранга нах Варшау" (тем более, что русская армия не выказывала намерения расступиться) и начинать муторные политические консультации. 15 августа 1914 года в Кракове стартовали совместные переговоры консерваторов и ВККПП-СН, которые завершились на следующий день ликвидацией Конфедерированной комиссии и Польской военной казны, взамен чего был создан Главный национальный комитет (ГНК) из представителей примерно 40 партий и организаций под председательством консервативного политика Юлиуша Лео. Также было решено создать два корпуса добровольцев - Восточный легион (с базой в Восточной Галиции) и Западный легион, во главе которых ставились австрийские генералы А'дам ПьетрашкЕвич и Ра'ймунд БачИньски соответственно. Пилсудски, в одночасье переставшему быть Паном Комендантом [стрелков], оставалось только подчиниться этим решениям - и сие было сильно похоже на политическое самоубийство... Кстати, многие историки связывают с "галицким предательством" разочарование солдат и офицеров-стрелков в "польском народе" и появление в их среде феномена "вождизма", связанного с фигурой Юзефа Пилсудски, как и идеи о собственной исключительной избранности, питательной среде для появления "пилсудчиков".


Легионеры польские - в мацеювках 1-го полка (кликабельно)

Итак, в августе 1914 года Пилсудски из "вождя народа" превратился всего-навсего в командира 1-го стрелкового полка Западного легиона. Им теперь помыкали все, кому ни лень - командир легиона Бачиньски, военный комиссар Западной Галиции ВладИслав Сикорски (на почве чего между бывшим подчиненным и вождем САБ быстро развилась личная неприязнь), председатель ГНК Лео... 5 сентября 1914 года в Кракове полк принес присягу австрийскому кайзеру и официально влился в состав ландштурма. Оставалось лишь ждать у моря погоды и держать фигу в кармане. Кстати, фигу изготовили практически сразу - Польскую национальную организацию (ПНО), которую возглавил Йодко-Наркевич, и которая теперь могла вести политические переговоры и маневры, не впутывая в них "служивого человека" полковника Пилсудски - например, скататься в сентябре 1914 года в Германию и "наладить контакт" с немецким командованием. Оставались еще мелкие демарши, типа отказа носить на рукавах в 1-м полку черно-желтую повязку (знак австрийского ландвера) и сохранение круглых фуражек-мацеювок (тогда как в остальных частях легионов носили четырехугольные конфедератки).

21 сентября 1914 года случилось "небольшое судьбоносное событие" - прекратил свое существование Восточный легион. "Эндеция", впечатленная успешным русским наступлением в Галиции, чем дальше, тем больше ставила на Россию, а не на Австро-Венгрию, и под воздействием агитации национал-демократов легионеры отказались выступать на фронт и начали разбегаться по домам. Легион был распущен, на службе остались только около 800 человек во главе с капитаном Юзефом Халлером фон Халленбургом - их решили назвать 3-м пехотным полком Польских легионов (несмотря на то, что легион остался только один - Западный). И вообще складывалась довольно анекдотичная ситуация - из всех громко анонсированных частей на фронте сражался только 1-й полк, остальные "били вола", будучи всё никак не в состоянии приобрести "божеский вид". Этот "социалист" явно "хорошо подготовился" еще до войны... Так что, хотя у командования копились претензии к "слишком самостоятельному" комполка, не выполнявшему некоторые не нарвившиеся ему приказы, 15 декабря 1914 года Юзеф Пилсудски получил воинский чин бригадира (между полковником и генералом) с уникальной формулировкой: "За его выдающиеся заслуги в борьбе с врагом и учитывая то обстоятельство, что помимо 1-го полка ему подчиняются также две батареи горной артиллерии и кавалерийский эскадрон".


Юзеф Халлер

Собственно, бригадиру положено командовать бригадой - а раз у него уже есть кавалерия и артиллерия, то 19 декабря 1914 года была создана 1-я бригада Польских легионов под командой Пилсудски, 6 пехотных батальонов, поделенных на два полка (под командой Эдварда Рыдз-Шмиглы и МечИслава Но'рвида-Нойджбауэра). И до весны 1915 года это была единственная польская бригада в австрийской армии - все остальные "легионы" существовали как 2-й и 3-й полки, да еще сражались не в Польше, а в Венгрии (их кинули в Карпаты для затыкания дыр во время русского наступления). Только 8 мая 1915 года появились 2-я ("Железная") и 3-я бригады Польских легионов, на чем "процесс легионостроения" в Галиции и завершился. Так что для понимания того, почему австрийцы так долго терпели самоуправство и заскоки Пана Коменданта, надо иметь в виду - его 1-я бригада была долгое время единственным, а потом оставалась самым опытным и кадровым польским формированием в их армии, к тому же выстроенным на культе вождя и личной преданности. А в атмосфере военных неудач 1914 года в Галиции рубить еще и этот пока крепкий сук командование готово не было.

Улучшилась и политическая конъюнктура - к зиме национал-демократы и "примкнувшие к ним" окончательно похерили перспективы сотрудничества с австрияками и перебежали на сторону Антанты. Так что подконтрольные "эндеции" организации дружно "изошли" из ГНК, который после этого "лежал и тяжело дышал". И тут снова явился "рыцарь на Каштанке", протянув помирающему ветвь... то есть, ПНО, которая торжественно вошла тремя представителями в Главный национальный комитет, вернув в нем утраченные летом левыми позиции и снова превратив Пана Коменданта если и не в "отца родного", то в "фигуру на политической доске". 31 декабря 1914 года "первого польского бригадира Легионов" принял сам кайзер - Франц Иосиф I. Ни о чем конкретном "высокие разговаривающие стороны" не договаривались, но "водитель Каштанки" получил свои очередные "+10 ко всем характеристикам"...

Tags: Век хыхацатый, Пан Комендант
Subscribe

Posts from This Journal “Пан Комендант” Tag

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 4 comments