July 24th, 2016

Вести с е-буко-полей

Две всё-таки лУбопытные книжки.

Бэшем А. Чудо, которым была Индия. Краткий "галопом по Хинудстанопам" на тему "как же там всё очень вкратце происходило.



Терентьев-Катанский А.П. С Востока на Запад [Из истории книги и книгопечатания в странах Центральной Азии VIII-XIII веков]. Всё, связанное с книгами - чернила, краски, бумага, алфавиты (всякие), технологии книгопечатания, литература и пр.



Dos De Felipe - 2

И портрет работы ЛермонтОва

В голове у великого русского поэта Михаила Гург-оглу Лермонтова водились тараканы с майских жуков размером - это знают все. Чуть меньшее число его обожателей в курсе, что мальчик Миша не был доволен пошлыми шотландскими предками Лермонтами и мечтал о родстве с пышной романской аристократией. И внимание его превлек кардинал Франсиско Гомес де Сандовал-Рохас и Борха, маркиз де Дения и де Сеа, граф Ампудия и герцог де Лерма. Настолько привлек, что вьюнош даже начертал его портрет "по ощущениям" - как в анекдоте про Рабиновича и Карузо...


Портрет кисти ЛермонтОва с "чудесно отысканными" фамильными чертами

Collapse )

штандарт Перемышльской земли

CCXXVII. "Однажды в Америке" (с)

Долгий ХХ-ый век богат на события, события громкие и значимые. Он буквально кишит ими. Но даже из этого необъятного океана выделяются, как рифы, наиболее значимые, которые, как кажется, определили не только лицо эпохи, но и сформировали общие контуры будущего. К таковым событиям традиционно принято причислять возникновение единой Германии, обе мировые войны, две русские революции. К ним же, без всякого сомнения, относится и Мировой экономический кризис рубежа 20-х - 30-х гг. ХХ в., известный также под именем Великой Депрессии. Хотя в отношении названия возможны споры: традиционно в русскоязычной историографии под Депрессией принято понимать события, развернувшиеся в ходе этого кризиса именно в САСШ.

К сожалению, в отличие от Второй Мировой войны, на тему которой на русском языке написаны целые библиотеки монографических работ, изданы горы размером с Эверест мемуарной литературы, опубликован вагон и маленькая тележка сборников документов и справочников, с литературой о мировой кризисе ситуация обстоит много хуже. За последние лет 20 - 25 даже в отношении Великой войны, которая в бытность Советского Союза у нас была не в особой чести, и то ситуация коренным образом изменилась к лучшему: ей, конечно, ещё далеко до степени изученности событий конца 1930-х - первой половины 1940-х гг., но главное есть - процесс пошёл. О Депрессии же 30-х гг. ХХ ст. на русском языке за истекшие после распада СССР десятилетия изданы считанные работы. Сказать наверняка, чем вызвано это невнимание к одному из ключевых событий ушедшего века, сложно. Возможно, тем, что мировой кризис был явлением не нашей исторической плоскости: в силу известных причин он прошёл мимо Советского Союза, задев его лишь по касательной. Быть может, есть ещё какие-то причины.

Как бы то ни было, а появление каждой новой работы на русском языке о событиях тех дней всегда воспринимается с интересом, особенно если таковая написана аборигеном, а не забугорным автором. Поэтому, как только добрые люди сообщили мне о появлении книги, увы, покойного ныне Михаила Шевлякова "Великая депрессия: Закономерность катастрофы, 1929 - 1942", я не преминул её тут же приобрести и прочитать вне всякой очереди и сегодня хотел бы поделиться с вами, дорогие читатели, своими впечатлениями от прочитанного.


Шевляков М.В. Великая депрессия:
Закономерность катастрофы, 1929 - 1942

Театр начинается с вешалки, а книга с обложки. В этом смысле я был приятно удивлён, взяв в руки свежеопубликованный экземпляр. Издатели действительно постарались, готовя книгу к печати: красивая, со смыслом обложка, качественный твёрдый переплёт, белая бумага и, в качестве вишенки на этом тортике, огромное количество редких фотографий и раритетных газетных карикатур из ушедшей эпохи. В общем, я уж и не помню, когда в последний раз держал в руках столь качественно изданную работу. Впрочем, в этой бочке мёда не обошлось без нескольких маленьких (или не очень - каждому своё) ложек дёгтя.

Во-первых, как оказалось, на всё про всё у автора для изложения столь обширной темы, заявленной, к тому же, не в общепринятых (1929 - 1933 гг.), а расширенных хронологических рамках (1929 - 1942 гг.), имеется каких-то 240 страниц, из которых на текст приходится от силы полтораста страниц (остальное, как я уже говорил, - это фотографии и рисунки). Короче говоря, маловато для описания Великой Депрессии.

О том, что места действительно мало, становится ясно, когда вы приступаете к чтению. Автор рассматривает сам термин "Великая Депрессия" в классическом для русскоязычного читателя ракурсе: весь рассказ вращается вокруг ситуации в Соединённых Штатах. Поэтому когда М. Шевляков выкраивает из и без того небогатого пространства книги в 15 небольших глав четыре главки для описания событий за океаном - в Великобритании, Франции, Германии и, внезапно, в Японии и Китае, для разбора событий в Америке у него, по сути, вообще не остаётся места.

Во-вторых, это книга, в которой нет библиографии. Т.е. совсем. Разве что в самом конце, в эпилоге (!) автор, рассуждая о том, какие информационные возможности открыл для нас Интернет, даёт небольшой - на восемь названий - списочек рекомендуемой литературы. Всё! Откуда он черпал сведения - Бог весть. Остаётся только верить автору на слово. Впрочем, не верить ему у меня тоже оснований нет.

Наконец, в-третьих, за последние несколько лет это, пожалуй, одна из двух книг по экономической истории, которые я держал в руках, где не было ни одной таблицы, графика или диаграммы. Совсем! Первая - "Русская военно-промышленная политика, 1914 - 1917" Владимира Поликарпова. Но там хотя бы сами данные были, и вопрос отсутствия табличного и графического материала являлся вопросом удобства чтения. Здесь же нет не только таблиц с графиками и диаграммами, но цифры попадаются весьма нечасто: если данные о биржевых котировках ещё встречаются так-сяк, то первый макроэкономический показатель (количество безработных) и, соответственно, сноска на источник попадается лишь на 36-ой странице!

Вообще, с изложением цифровых данных у автора явно не всё ладно. Его постоянно тянет к использованию журналистских приёмов не самого высокого пошиба. Рассказывая о деятельности Х. Лонга в бытность его губернатором Луизианы, он отмечает, что "... увеличения налога штата на бензин на один цент и тщательного контроля оказалось достаточно для того, чтобы протяжённость дорог с твёрдым покрытием в Луизиане увеличилась с 300 миль в 1928 году до 5.000 миль в 1932 году, одновременно были устроены 22 тысячи человек..." (с. 73). Не знаю, где М. Шевляков набрался этого, но приём-то грязный. Читая такое, любой человек воскликнет: "Надо же! Всего на один цент!", не понимая, что 1 цент при тогдашних ценах на бензин (в 1929 г. - 21 цент за галлон, в 1930 г. - 20 центов, в 1931 г. - 17 центов, в 1932 г. - 18 центов) - это 4,8% - 5,9% от цены галлона, т.е. величина немалая. Кроме того, речь вообще не идёт об увеличении налога, речь идёт о введении налога, т.к. 1 цент с галлона бензина - это установленная налоговая ставка. Таких примеров не то, что бы очень много, но они встречаются в тексте книги.

Впрочем, я несколько отвлёкся...
Collapse )
  • Current Mood
    good good