November 17th, 2015

Парадоксы диадоКСов - 5

Деньги, греки, Антипатр (окончание)

Итак, престарелый Антипатр с остатками своей и Леонната армий засел ав македонии, на границе с которой его отряды играли в "а ну-ка обойди" с греческим ополчением Антифила. надежды наместника Греции и Македонии были связаны с марширующии из Вавилона ветеранами Кратера, а надежды греков - с флотом под командой наварха Еветиона, который должен был блокировать Геллеспонт и не допустить переправы македонян в Европу. Другая часть эллинских кораблей заперла в Малийском заливе флот Антипатра.


Греческие матросы

Collapse )

В этот день дохрена лет тому назад - 17 ноября

17 ноября 335 года до н.э., когда совершенно без наследников умер персидский царь Артаксеркс IV, более известный как Арсес, мнение всех собравшихся на выборы нового правителя сатрапов было единодушным - только не сатрап Армении Кодоман. Потому что перед лицом неизбежного вторжения Александра Македонского стране не нужен человек, который вдребезги проиграет сражения при Иссе и Гавгамелах.
Кандидатурой, удовлетворившей всех, был Ксеркс Камбис Кир, двоюродный внук троюродного племянника сестры жены царя Артаксеркса II, мальчик, выросший в скромных ученых досугах. Его и короновали в тот же день.
Правда, некоторых насторожило то, что новый царь отказался выбрать одно из имен и повелел звать его Ксерксом III Камбисом III Киром III Ох-Ох-Ох-Каким-Великим. Однако эта ерунда быстро забылась после того, как новый шахиншах познакомил сатрапов со своей политической программой. Персия переименовывалась в Новогрецию, персидский язык уничтожался вместе с одеждой и обычаями (и особенно мерзким - говорить правду), в армии вводились тяжелые панцири и сариссы, экономика переходила на драхмы и таланты, а верховным богом вместо Ахурамазды провозглашался Зевсополлоносейдон Олимпийскоигрый. На немые вопросы придворных Ксеркс III Камбис III Кир III заявил, что только так обветшалая Персидская монархия может справиться с вызовом времени и победить в конкурентной борьбе с прогрессивной эллинской цивилизацией. "И это еще не всё! - предупредил царь. - Лет через двести всем придется учить латынь, носить тоги и получать удовольствие от побоищ гладиаторов. Вызовы времени беспощадны - изменяйся, или умри! И, кстати, вы все уволены - теперь у нас в империи будет демократия"
Однако необходимось приучать правнуков смотреть на побоища гладиаторов стала последней каплей - сатрапы убили царя и навсегда вычеркнули полтора часа его правления из истории, сговорившись на том, что лучше всё-таки рискнуть и попробовать с сатрапом Армении Кодоманом, сделав его Дарием III (и жестко настояв на отказе от имени Кодоман) - авось при Иссе и Гавгамелах удастся как-нибудь выкрутиться...



Недовольства псто

Торжественно предлагаю переименовать "Фейсбук" в "Рукажопу". В ЖЖ пишу для души, в "Твиттер", "Вконтакт" и "Фейсбук" ставлю новости по работе. Заявляю ответственно - в "Рукажопе" самый злой и недружественный к юзеру интерфейс... То есть "интержопа".



В ногу с юбилеем - 4

Итого, флэшбек в прошлое - дисциплинарный проступок Куромясова, из-за которого его разжаловали из штабс-ротмистров в зауряд-прапорщики, случился из-за того, что он рыцарски вступился за честь путешествовавшей инкогнито иностранной дамы, которая после благодарного, но короткого секса оставила ему только имя - Марица. Теперь же оказалось, что она - незаконная, но очень любимая дочь румынского короля Фердинанда, по личному распоряжению которой Максимилиан фон Клопс, безошибочно опознанный по фотографии, доставляется вместе с короной Собесского в Букурешт.
Но накал борьбы на невидимом фронте не стихает - на постоялый двор, где останавливаются цыгане перед тем, как доставить артефакт в королевский дворец, врывается банда вооруженных болгар и турок. Длинная и трэшевая сцена перестрелки и поножовщины, в которой цыгане убивают болгар, турки - цыган, Куромясов - турок, а его самого тяжело ранит отвалившимся куском штукатурки с потолка. Теряя сознание, русский офицер успевает услышать, что пока шла перестрелка, портье отеля украл баул с короной...
Очухивается Куромясов уже в Германии, в офицерском госпитале, где лично полковник Николаи прикалывает ему на грудь крест "Пур ля мерит". Немецкие агенты смогли проследить на ним до самого Букурешта и организовали похищение его и короны. Удрученный штабс-ротмистр (он же обер-лейтенант) раздумывает о печальном будущем его страны, как вдруг два человека, переодетых санитарами, вывозят его из госпиталя и суют в фургон. Один другого называет "товаг'ищем Паг'вусом", а второго Куромясов знает в лицо - это известный политический преступник Владимир Ульянов...