November 10th, 2014

Великий мятеж (часть 6)

Дно колодца

Мы оставили Канпур во власти "неуиноуатого" Нана Сахиба и молодчиков из армии его приспешника Тантии Топи. Но "недолго музыка играла недолго фраер танцевал" - 17 июля на город наступил отряд генерала Генри Хэйвлока. Нана пытался шантажировать англичан заключенными в Бибигаре женщинами и детьми, но когда понял, что "фокус не пройдет", отдал приказ их всех убить - естественно, как "доказали" всем "прогрессивные" индийские историки, "под давление подчиненных", и вообще это был не он и совесть его мучала. Так что пришлось свежеиспеченному пешве с Топи и "армией маратхов" раствориться "в темноте ночи" - бежали друзья детства в княжество Гвалиор (Гавилгур), где тоже поднялась буза.
Хэйвлок сразу же принялся пробиваться на помощь в Лакхнау, что заняло у него много времени, да и в конце концов оставило там (см. выше). На смену его войскам в Канпуре постепенно собрались силы под командой прибывшего из Британии генерала Колина Кэмпбелла. Затем и он отправился к Лакхнау, оставив в Канпуре 1500 человек во главе с генералом Уиндхэмом по прозвищу (с осады Севастополя) "Редан". Они должны были защищать город, понтонный мост через Ганг (единственная связь с базой в Бенгалии) и предмостное укрепление.
Прознав про сие, Нана с Топи воспряли духом - им удалось набрать в Гвалиоре новую армию. Войска княжества, организованные по образцу Бенгальской армии, из-за сложных перипетий внутренней гвалиорской политики последних лет десяти, восстали, выгнали своего князя-скиндию (род в бывшем государстве маратхов, занимавший наследственное положение в управлении, как и пешвы) и присоединились к Нана Сагибу. Тот и двинул их снова на Канпур - "вернуть взад".
Collapse )

Губернские сказки: Картофельное управление



Первый подвоевода таращил глаза, всё еще тщетно пытаясь понять, зачем его начальник выложил на стол из чугунка вареные картофелины — без лука, соли и водки это же будет просто невкусно.
«Ну смотри сюда, соломенная твоя голова. Если в городе что случится правильного, полезного и вообще того, про что не в стыд в столицу отписать, царю-батюшке – где должен быть городской голова?»
Подвоевода с сомнением почесал бороду.
«Впереди… Чтобы было видно, кто всего добился и кого хвалить надо».
Воевода стукнул кулаком по столу так, что подпрыгнули не только картофелины, но и чугунок.
«Впереди меня? Это чтобы царь-батюшка, не ровен час, подумал, что голова у нас умный, а воевода так себе, сбоку погулять ушел? Это что за вольнодумство вы тута мне развели? Что за свободномыслие, что за этот, как его… либерализьм?»
Подвоевода молчал с виноватым видом, отчаянно сопя ноздрями. Воевода немного походил по горнице, вернулся к столу и опять принялся выстраивать картофелины.
«Ну а, предположим такой случай – ежели что в городе стряслось плохого, чего свалилось, развалилось, убило кого, или, прости господи, митинг учинился? Где тогда должон быть городской голова?»
Подвоевода попробовал наугад:
«Позади вас?»
На сей раз воевода стукнул его по лбу, а поскольку в кулаке у него оставалась зажатая картошка, то получилось довольно больно.
«Стоеросина! Нафига ж мне по загривку получать, когда есть кого вместо себя под батоги подсунуть? Для чего вообще слуги да холопы, ежели всегда за всё свой барский зад подставлять?!»
На сей раз взаимное молчание продлилось подольше, после чего воевода вздохнул и снова спросил усталым голосом:
«Ну а вот ежели, прости господи, всё-таки митинг, народишко там на площади орет «всех на вилы! где еда? почто дороги грязные?» и прочую какую крамолу. Где тогда должон быть городской голова?»
Первый подвоевода почувствовал радостное щемление в груди – до него начало доходить:
«Выдать его народишку головой! Пущай за всё отвечает. А вы заместо него нового голову посадите – дескать, не воевода плохой, а голова уворовался. И всем хорошо!»
Воевода засиял, как новенький алтынный.
«Ну вот, наконец-то дотумкал! Вот про то и отменяем к нафигам все эти выборы-шмыборы. Голова должон быть у меня в кулаке, чтобы в любое время употребить его по надобности. Потому как везде должон быть порядок, и чтобы мне со всего была польза и выгода!»

Оригинал тут.

Экспромт, блин

М-да, какой-то перекич получился, или недопародия... Но из песни слов, чо уж получилось.

он словно волк небритый и худой
глаза блестят в ночи как капли влаги
за столиком в углу уж битый час
уставился в какие-то бумаги

а ресторан клокочет и гудит
уже созрели для кабацкой драки
все три матроса китаец и бандит
и принц воров в кожанке цвета хаки

но в три удара успокоил всех
матросов неожиданный в атаке
наемник с перерезанным лицом
китайца пнул а принц понурил баки

и на два пальца виски заказав
изрезанный ушел в былые враки
матросы соблюдали тишину
китаец сжух, а принц забился в хаки

и вот тогда он некрасиво встал
и шаркая ногами в полумраке
протрюхал через весь шумящий зал
и всунул финку в легкое кусаке

и в тот момент когда того душа
хрипела на манер больной собаки
он прошептал ты помнишь как тогда
ты сделал больно одному писаке