September 4th, 2011

Для начала (эксперимент)

Завел ЖЖ, буду складировать объекты авторского права. А то ведь злобные злоумышленники, чего доброго, сопрут, и доказывай потом, что не верблюд.
Начну с выкладки стихов. Буду скидывать, сколько накопилось. Сперва, естественно, жутко старые...

ПЕСНЯ О ТОМ, О ЧЕМ ПЕЛОСЬ

Я пел о битвах – отгремели,
пел о дворцах я – заросли, 
пел о твердынях – их снесли, 
о песнях – их давно пропели.

Пел о друзьях – простыл их след. 
Мечи героев заржавели. 
Пел об обедах я – их съели, 
пел о победах – нет побед.

Пел о деньгах, а их не стало. 
О бескорыстье – где ж оно? 
Не тема также и вино – 
оно уж столько раз скисало.

Oui, madam, о вас я пел, 
да так, что в горле сухо стало. 
Но вам, однако, горя мало – 
опять я вышел не у дел.

Хвалить осталось лишь себя. 
А что, попробовать, быть может? 
Но лишь одно меня тревожит – 
а что если и я – не я?


Продолжение

Просто скидывать стихи, даже собственные-гениальные, тупо. Придется их снабжать какими-то комментариями, чтобы читатели (оптимист-то!) были "в курсе контекста". Итак - эти два, первый и в предыдущей записи, версусы были созданы (давным-давно, еще до сенсорных мобильных телефонов - ага, мы еще живы, страшные динозавры...) под прямым и непосредственным влиянием творчества трубадуров. Например, Бертрана де Борна (а кто это был такой - пытливому читателю объяснит Гугл, за пересказ которого мне не платят).
С Харальдом Хардрадом (ака Суровый Правитель) и оригиналом его LAUSAVÍSUR можно ознакомиться там же.

ЖЕЛЧНАЯ ПЕСНЬ
 
Тьфу, враги! На вас плюю.
Все равно, как ни крути,
всех я вас передавлю,
будь то сотня или три!
 
Накрошу в каркасы лат
мелкий-мелкий винегрет!
Чтоб сберечь от стали зад,
дай смирения обет.
 
Тьфу, друзья! На кой вы ляд?
Жрете за троих в обед,
а как в битву строить ряд –
вас уже простыл и след.
 
Всех надежней верный меч,
конь в бою не подведет,
и секира с вражьих плеч
голову верней снесет.
 
А коль снова грусть придет –
пропою еще куплет.
кто воюет и поет –
для того и скуки нет.

 
LAUSAVÍSUR ХАРАЛЬДА ХАРДРАДА
 
Девушка в Гардах молчала –
к чему ей нищий варяг?
Осталось пытать удачу
в холодных и теплых морях.
 
Мы грабили в Миклагарде –
вот золото и серебро;
мы знались со сталью франков –
там много крови текло.
 
Корабль обогнул Сицилию:
гордость хотела петь.
Корабль скользил так быстро,
как можно только хотеть.
 
Вряд ли бездельник сможет
в этом нам подражать…
Однако девушка в Гардах
не хочет меня замечать.