Союз нелюдимый ахейцев свободных - 15
Стратег умер, да здравствует стратег
Итак, летом 217 года Филипп Македонский бросился заключать мир, окончивший Этолийскую войну. Подписан он был в Навпакте на самых бесхитростных условиях - статус-кво. Этолийцы потеряли несколько опорных пунктов в Средней Греции (например, Фивы Фтиотийские) и Акарнании, от союза с ними откололась Мессения, зато остались Элида и Спарта, а сама Этолия хоть и была изрядно пограблена, зато территориально уцелела. Ахейский союз, не проявив особой доблести в этой войне, таки прирос Мессенией, а в целом же мог считать большой удачей то, что после оглушительных поражений первых лет войны в целом вышел сухим из воды.
"Художественная реконструкция личности" Филиппа V Македонского
У руля симполитии оставался Арат Сикионский, избранный стратегом на 217 год в 14-й раз. А в 216 году стратегом во второй раз стал Арат Младший, в 215 году его сменил отец (в 15-й раз), в 214 стратегом стал в третий раз Арат Младший - так что семейство из Сикиона крепко взяло бразды правления в свои руки. Но на сей раз беда пришла с другой стороны - доверие, которое питал молодой Филипп V к "второму отцу", постепенно иссякало. После окончания Союзнической войны, но еще до начала 1-й Македонской в Мессене произошел конфликт между "олигархами" и "демократами". Прибывший с сильным отрядом царь решил науськать и тех, и других друг на друга, чтобы во взаимном кровопролитии партии ослабили друг друга и обратились к нему с просьбой о защите, которая позволила бы ввести македонский гарнизон и контролировать страну. Прибывшие позже Араты выразили свое возмущение такой двурушнической политикой, причем со стороны младшего дошло до грубых публичных упреков - юноша, по свидетельству некоторых авторов, был ранее любовником Филиппа, а теперь выплеснул на того "горечь разочарования". Старший же тоже порицал царя, хотя и в более сдержанных выражениях. Столь злопамятный человек, как македонянин, не мог простить такого к себе отношения и затаил злобу.
После инцидента в Мессении Арат начал дистанцироваться от Филиппа и не сопровождал его в походе на Эпир, начавшем в 214 году 1-ю Македонскую войну. Когда же царь возвратился оттуда побитым и без славы, и снова ввязался в политические распри в Мессении, сикионянин окончательно порвал с ним. К этому был и чисто формальный повод - Арат узнал, что царь имел тайную связь с женой его сына (хотя и не открыл Младшему на это глаза, опасаясь худшего). Но Филипп был не из тех людей, кто "отпускает с миром" - он приказал своему командиру Тавриону, давнему знакомому сикионянина по Союзнической войне, тайно отравить отца и сына. Перед смертью Арат, понявший, в чем дело, философски заметил одному из своих приятелей: "Это, мой Кефалон, воздаяние за дружбу с царями". Отец и сын скончались в 213 году (Старшему было 53 года).
Кто были стратегами Ахейского союза с 213 по 209 год, мы не знаем - ахейцы хоть и приняли участие на стороне Македонии в первой войне с Римом, особого рвения не выказывали и светились мало. В 209-208 году на первый срок был избран Киклиад, который остался в "памяти народной" лишь тем, что гиппархом у него был новый "отец родной" симполитии - Филопемен, который и получил свой первый стратегический срок в 208-207 годах. Мы уже знакомы с ним - он отличился в 222 году в битве при Селласии, где командовал отрядом мегалопольских изгнанников. Антигон III оценил его высоко и звал к себе на службу, но в душе уже не юного (он вступил на страницы истории в 30-летнем возрасте) мегалополитянина горели "стремление к свободе" и нежелание никому подчиняться.
Видимо, из-за радикальных побуждений (сочтя, что сдачей Акрокоринфа Арат "продал" союз македонянам), Филипемен вообще покинул родину и уехал наемником на Крит, где почти 15 лет участвовал в местечковых разборках, "постигая ратное искусство". И заработал там такую славу, что сразу же по прибытии был выбран гиппархом. А вернуться ревнителя свободы и защитника демократии заставила новая угроза симполитии и его родному Мегалополю в частности - опять подняла голову неистребимая гидра Лакедемона, ведомая новым опасным противником, решившим "догнать и перегнать" славу и достижения Клеомена III...
Итак, летом 217 года Филипп Македонский бросился заключать мир, окончивший Этолийскую войну. Подписан он был в Навпакте на самых бесхитростных условиях - статус-кво. Этолийцы потеряли несколько опорных пунктов в Средней Греции (например, Фивы Фтиотийские) и Акарнании, от союза с ними откололась Мессения, зато остались Элида и Спарта, а сама Этолия хоть и была изрядно пограблена, зато территориально уцелела. Ахейский союз, не проявив особой доблести в этой войне, таки прирос Мессенией, а в целом же мог считать большой удачей то, что после оглушительных поражений первых лет войны в целом вышел сухим из воды.
"Художественная реконструкция личности" Филиппа V Македонского
У руля симполитии оставался Арат Сикионский, избранный стратегом на 217 год в 14-й раз. А в 216 году стратегом во второй раз стал Арат Младший, в 215 году его сменил отец (в 15-й раз), в 214 стратегом стал в третий раз Арат Младший - так что семейство из Сикиона крепко взяло бразды правления в свои руки. Но на сей раз беда пришла с другой стороны - доверие, которое питал молодой Филипп V к "второму отцу", постепенно иссякало. После окончания Союзнической войны, но еще до начала 1-й Македонской в Мессене произошел конфликт между "олигархами" и "демократами". Прибывший с сильным отрядом царь решил науськать и тех, и других друг на друга, чтобы во взаимном кровопролитии партии ослабили друг друга и обратились к нему с просьбой о защите, которая позволила бы ввести македонский гарнизон и контролировать страну. Прибывшие позже Араты выразили свое возмущение такой двурушнической политикой, причем со стороны младшего дошло до грубых публичных упреков - юноша, по свидетельству некоторых авторов, был ранее любовником Филиппа, а теперь выплеснул на того "горечь разочарования". Старший же тоже порицал царя, хотя и в более сдержанных выражениях. Столь злопамятный человек, как македонянин, не мог простить такого к себе отношения и затаил злобу.
После инцидента в Мессении Арат начал дистанцироваться от Филиппа и не сопровождал его в походе на Эпир, начавшем в 214 году 1-ю Македонскую войну. Когда же царь возвратился оттуда побитым и без славы, и снова ввязался в политические распри в Мессении, сикионянин окончательно порвал с ним. К этому был и чисто формальный повод - Арат узнал, что царь имел тайную связь с женой его сына (хотя и не открыл Младшему на это глаза, опасаясь худшего). Но Филипп был не из тех людей, кто "отпускает с миром" - он приказал своему командиру Тавриону, давнему знакомому сикионянина по Союзнической войне, тайно отравить отца и сына. Перед смертью Арат, понявший, в чем дело, философски заметил одному из своих приятелей: "Это, мой Кефалон, воздаяние за дружбу с царями". Отец и сын скончались в 213 году (Старшему было 53 года).
Кто были стратегами Ахейского союза с 213 по 209 год, мы не знаем - ахейцы хоть и приняли участие на стороне Македонии в первой войне с Римом, особого рвения не выказывали и светились мало. В 209-208 году на первый срок был избран Киклиад, который остался в "памяти народной" лишь тем, что гиппархом у него был новый "отец родной" симполитии - Филопемен, который и получил свой первый стратегический срок в 208-207 годах. Мы уже знакомы с ним - он отличился в 222 году в битве при Селласии, где командовал отрядом мегалопольских изгнанников. Антигон III оценил его высоко и звал к себе на службу, но в душе уже не юного (он вступил на страницы истории в 30-летнем возрасте) мегалополитянина горели "стремление к свободе" и нежелание никому подчиняться.
Видимо, из-за радикальных побуждений (сочтя, что сдачей Акрокоринфа Арат "продал" союз македонянам), Филипемен вообще покинул родину и уехал наемником на Крит, где почти 15 лет участвовал в местечковых разборках, "постигая ратное искусство". И заработал там такую славу, что сразу же по прибытии был выбран гиппархом. А вернуться ревнителя свободы и защитника демократии заставила новая угроза симполитии и его родному Мегалополю в частности - опять подняла голову неистребимая гидра Лакедемона, ведомая новым опасным противником, решившим "догнать и перегнать" славу и достижения Клеомена III...