qebedo (qebedo) wrote,
qebedo
qebedo

Categories:

Венский конгресс: Как делили апельсин - 10

Саксонские дребезги

1 ноября приближалось, но конгресс так и не думал открываться... 30 октября на очередном совещании "кабинета восьми" (Россия, Пруссия, Австрия, Великобритания, Франция, Испания, Португалия и Швеция) с подачи Меттерниха Талейран предложил конкретную схему работы: образовать "ведущий комитет" из "основных участников", который будет руководить непосредственно конгрессом и разбираться с "общими проблемами", "спорные комиссии" по вопросам Италии, Швейцарии и Саксонии (Польшу решили пока не трогать), на заседания которых будут приглашаться представители "заинтересованных сторон", а также "верификационную комиссию" (типа протокольной), которая будет подтверждать полномочия участников обсуждений (чтобы вдруг не прокрался кто-то, не представляющий официально вообще никого). Все эти предложения были приняты без возражений, но следующее - уже таки открыть конгресс - встретило яростное сопротивление прусских делегатов (они всё еще не решили свою "главную проблему" - см. ниже). В общем, "на самом деле" конгресс официально так и не был никогда открыт - просто решили сформировать комиссии по предложенным Талейраном принципам и "уже начать чего-нибудь делать".

 
Педру Соуза Хольштайн, граф Пальмела, и граф Карл Аксель фон Лёвенъельм - "последние" члены "клуба топ-8"

Тем временем представитель Франции "кушать не мог" - так болел душой за Саксонию. И проблема была не только в том, что пруссаки не рассматривали никаких вариантов решения "польского вопроса" без аннексии Дрездена и Лейпцига, и даже не в том, что их "поддерживал" Меттерних (потому что всё равно "не всерьез", и Талейран догадывался об этом) - а в том, что с пруссаками уже безо всяких "задних мыслей" солидаризировался Каслри. Нет, конечно, он не был личным врагом короля Саксонии, и не очень-то хотел усиления Пруссии, но возвышение России считал куда большей угрозой, и вполне был готов скормить "берлинскому псу" те куски мяса, которые нужны, чтобы настроить его против "русского медведя".

Но тут-то ломавший голову над тем, как найти выход из этой "комнаты без дверей" Талейран получил сведения, буквально упавшие ему свыше как "подарок господа". По своим "неофициальным каналам" в Лондоне он разузнал, что позиция Каслри - это "его личное мнение", и более того - принц-регент Джордж (будущий король Георг IV), как и весь кабинет министров Роберта Банкса Дженкинсона, графа Ливерпуля, "видят себе положение вещей" совсем в другом свете. И если глава МИД Британии будет упорствовать, то его отзовут и заменят на "более правильного" представителя. Ну и, наконец, "примерно то же самое" в приватной беседе высказал в Париже английский посол, герцог Веллингтон. Так что "пруссофильская" позиция Каслри больше не должна была беспокоить Талейрана.


Роберт Банкс Дженкинсон, 2-й граф Ливерпуль, премьер-министр Великобритании

Ну а "окончательно торпедировал" планы Харденберга заключить "сделку века" и провернуть "большой кидок России" сам Александр I. Он, наконец, прослышал про тайные махинации прусской делегации за его и короля Фридриха Вильгельма спиной и решил сделать "ход лошадью". На очередном завтраке со своим "прусским кузеном" царь выложил тому, всё более остолбеневавшему и пучившему глаза, все детали "гнусной интриги", а под конец призвал "пред грозные две пары очей" Харденберга и устроил ему "перекрестный допрос". Канцлер врать побоялся, а возразить ничего не мог, так что вынужден был признать, что "некоторые вопросы были предварительно обсуждены в предполагаемом ключе". За что был обвинен в "пособничестве Меттерниху", который-де проявил себя как настоящий враг Пруссии и России...

Фридрих Вильгельм был "очень удручен" таким фармазоном (да еще совсем без его ведома!) и тут же дал торжественную клятву во всем поддерживать царя, особливо по вопросам, касающимся Польши. Харденберг был унижен и раздавлен, и многие (как и он сам в тот злополучный вечер) думали, что он подаст в отставку из-за "наглости царя" ("но обошлось"). Талейран злорадно потирал руки - Пруссия и Россия могут обниматься до бесконечности, но Меттерних и Каслри, потеряв "прусский козырь", вынуждены будут занять жесткую позицию и по Саксонии, и расклад в "топ-5" теперь по двум самым важным проблемам - три к двум (а в "топ-8" и того суровее - два к шести).

Tags: Конгресс и немцы
Subscribe

Posts from This Journal “Конгресс и немцы” Tag

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments