Компания-Бахадур - 3
Кесарево - кесарю (продолжение)
Очень скоро выяснилось, что "островок свободной торговли" не имеет в мире жестокого меркантильного протекционизма XVII века никаких шансов на выживание. Ломанувшиеся в Индию интерлоперы сбили своим избыточным предложением цены на английские товары, подняли закупочные цены на восточные, а также уронили цены, по которым продавали колониальный товар в Европе - в общем, сплошные непрофиты и для себя, и для казны. Каждый отдельный купец, чем-то прогневавший индийских Моголов, рисковал обрушить их немилость на всех его коллег - на Востоке не вникали в тонкости свободной конкуренции, предпочитая принцип коллективной ответственности. К тому же "одинокие морские голуби" очень быстро попадали в лапы злобного Левиафана - нидерландской ООИК, большой и сильной торговой компании-монополиста, бороться с которой в одиночку был не вариант. Так что лорд-протектор Кромвель очень скоро понял - нужно укреплять собственную ОИК, чтобы вернуть прибылЯ и на равных бороться супротив голландцев на морях.
Оливер Кромвель: моя твоя компания хартию давал
Но Государственный совет продолжал сиськи мять, ссылаясь на "не до собачек нам, мы тут мировые дела рулим". Тогда в январе 1657 года собрание пайщиков постановило - ежели не дадут новую хартию на монополию, то имущество и права на торговлю продаем, кассу закрываем. Чиновники намек поняли - 6 февраля на заседании Госсовета полностью поддержали монопольный принцип индийской торговли. А 19 октября 1657 года сдался и Кромвель - подписал-таки новую государственную хартию для ОИК. Причем сразу революционную - из госрегулируемой компания превратилась в акционерную, получив возможность собирать дополнительный капитал, продавая ценные бумаги (так уже давно делал главный конкурент - ООИК). Во-вторых, документ продлевал срок деятельности директоров с года до двух (чтобы руководство компанией было более стабильным и менее кидающимся по сторонам). В-третьих, ОИК получила право основывать и укреплять поселения за пределами Англии, перевозить туда поселенцев, оружие и припасы (и всё без пошлин). Лимит вывоза валюты был поднят до 100 000 фунтов серебром в год, а степень участия пайщиков в делах компании теперь регулировалась суммой их взноса: минимум - 100 фунтов, за 500 - уже право участвовать в собраниях акционеров, за 1000 - баллотироваться в директорат. А всех интерлоперов, которых догонят, суда компании получали право обыскивать и конфисковывать (и суда, и грузы).
Всё это было просто супер, но буквально через три года власть радикально поменялась - произошла Реставрация, и в страну вернулся ЕКВ Карл II Стюарт. За сотрудничество с режимом "узурпатора-цареубийцы" (мертвого уже Кромвеля) могло так сильно нагореть, что директория ОИК постановила уничтожить все экземпляры хартии и сделала вид, что "а ничё ваще не было, чо!". И смиренно попросила у короля новую хартию (как дедушкО Ваш давали, и папа тоже!). Карл II милостиво повелевать соизволил докУмент выдать уже в 1661 году, и отчего-то даже тот был очень сильно похож на "пропавшую грамоту Кромвеля". Новыми были только два пункта - теперь ОИК могла арестовывать корабли интерлоперов и доставлять их в Англию, а также получила право суда над своими служащими в торговых факториях. За сие благодарные купцы отвалили Карлу II за 18 лет его правления 2 млн фунтов "подарков", а его брату Джеймсу, герцогу Йорку - подарили все свои монопольные права на торговлю и поселения в Западной Африке (возьми се, Б-же, чо нам не гоже...). Затем Карл II в 1667 году сделал ОИК "царский подарок с барского плеча" - за заем в 30 000 фунтов отдал полученный от Португалии (в качестве приданного королевы Екатерины де Браганса) остров Бомбей со всеми суверенными правами - издавать законы, судить, воевать, собирать налоги и даже чеканить монету. Хотя на самом деле это было то же самое "бери, Б-же" - осуществлять собственную власть так далеко королю было дорого и затратно, так что "неликвид" и спихнули купцам, которые бытро нашли ему достойное применение...
Королева Екатерина - принесла Бомбей в лапы хищнических капиталистеров
Яков II Стюарт за свое короткое правление вообще превратил ОИК в "государственное государство" - по хартии 1683 года компания получало право вводить военное положение в факториях и на судах, объявлять войну "варварским народам" по своему усмотрению, набирать и обучать офицеров, солдат и моряков. Также было получено право даровать муниципальную хартию Мадрасу, превратив его в полноценный город - на условиях Джона Компэни. Также ОИК были дарованы адмиралтейские полномочия - самой захватывать и судить захваченных в море "недобросовестных конкурентов". Когда один из пострадавших интерлоперов, Томас Сэндис, подал в суд, требуя признать незаконным право короля давать юрлицам торговые монополии, верховный судья Джордж Джеффрис (тот самый, который услал Питера Блада и Джереми Питта в суровое рабство на Барбадос) заявил, что враги Компании - враги короля (ну а суд Сэндис проиграл).
В это же время случился первый большой скандал внутри самой компании. Группа "консерваторов" во главе с управляющим Джозайей Чайльдом стояла за "жесткую монополию" - пайщиков было всего 556, основным капиталом распоряжались 40-50 человек, реально всеми делами управляли всего 10-12 человек. Поскольку капитал был ограниченным, "толстосумы" просто скупали паи и не давали доступ "честным торговцам" к доходам и делам компании. Для сохранения этого положения "консерваторам" требовалась поддержка властей, потому они солидаризировались с партией тори. "Обновленцы" во главе с Томасом Папильоном ратовали за расширение капитала (и числа пайщиков) путем свободной продажи ценных бумаг всем желающим, и потому стояли за оппозиционных вигов. На "несогласных" натравили всё того же Джеффриса, который обвинил Папильона в подстрекательстве к мятежу, и тот вынужден был сбежать в Нидерланды.
Судья Джеффрис, враг врагов Компании
Однако каждый раз, когда ОИК добивалась режима наибольшего благоприятствования, политическая ситуация менялась и приносила очередной облом. В 1685 году Славная революция свергла с престола Якова II. Новыми королями стали Мария II Стюарт и ее муж Вильгельм III Оранский, но смысл революции был в том, что теперь в стране все важные вопросы решал не монарх, а парламент. Палата общин "изучила вопрос" после очередной жалобы (поселенцев острова св. Елены на губернатора ОИК) и потребовала увеличить капитал до 1,5 млн фунтов, а также ограничить сумму паев в руках одного акционера 5000 фунтов. Это было, по сути, очередное проталкивание "обновленчества". Но Чайльд смог подсуетиться взятками в Тайный совет (на 80 000 фунтов) и получить новую королевскую хартию в 1693 году. Правда, кое-чего пришлось лишиться - капитал был таки увеличен до 744 000 фунтов, а доля одного акционера ограничена 10 000 фунтов.
Однако "подлые обновленцы" во главе с вернувшимся из эмиграции Папильоном снова взбудоражили парламент в 1694 году - коммонеры потребовали бухгалтерские книги ОИК и обнаружили отсутствие указаний на то, куда за пять последних лет были потрачены 103 000 фунтов. Председатель совета директоров Томас Кук загремел в Тауэр, где дал показания, шокировавшие своей неожиданностью - компания дает взятки! "Парламентское расследование" начало выдергивать нитки из таких уважаемых людей, как генпрокурор, председатель Тайного совета (то бишь, глава правительства) Томас Осборн, герцог Лидс, и даже (ах тыж сука ж!) некоторые парламентарии! Но тут вмешался король - за очередные 10 000 фунтов от ОИК Вильгельм III распустил парламент, а поскольку коммонеры не успели проголосовать по результатам расследования, это дело просто развалилось.
Очень скоро выяснилось, что "островок свободной торговли" не имеет в мире жестокого меркантильного протекционизма XVII века никаких шансов на выживание. Ломанувшиеся в Индию интерлоперы сбили своим избыточным предложением цены на английские товары, подняли закупочные цены на восточные, а также уронили цены, по которым продавали колониальный товар в Европе - в общем, сплошные непрофиты и для себя, и для казны. Каждый отдельный купец, чем-то прогневавший индийских Моголов, рисковал обрушить их немилость на всех его коллег - на Востоке не вникали в тонкости свободной конкуренции, предпочитая принцип коллективной ответственности. К тому же "одинокие морские голуби" очень быстро попадали в лапы злобного Левиафана - нидерландской ООИК, большой и сильной торговой компании-монополиста, бороться с которой в одиночку был не вариант. Так что лорд-протектор Кромвель очень скоро понял - нужно укреплять собственную ОИК, чтобы вернуть прибылЯ и на равных бороться супротив голландцев на морях.
Оливер Кромвель: моя твоя компания хартию давал
Но Государственный совет продолжал сиськи мять, ссылаясь на "не до собачек нам, мы тут мировые дела рулим". Тогда в январе 1657 года собрание пайщиков постановило - ежели не дадут новую хартию на монополию, то имущество и права на торговлю продаем, кассу закрываем. Чиновники намек поняли - 6 февраля на заседании Госсовета полностью поддержали монопольный принцип индийской торговли. А 19 октября 1657 года сдался и Кромвель - подписал-таки новую государственную хартию для ОИК. Причем сразу революционную - из госрегулируемой компания превратилась в акционерную, получив возможность собирать дополнительный капитал, продавая ценные бумаги (так уже давно делал главный конкурент - ООИК). Во-вторых, документ продлевал срок деятельности директоров с года до двух (чтобы руководство компанией было более стабильным и менее кидающимся по сторонам). В-третьих, ОИК получила право основывать и укреплять поселения за пределами Англии, перевозить туда поселенцев, оружие и припасы (и всё без пошлин). Лимит вывоза валюты был поднят до 100 000 фунтов серебром в год, а степень участия пайщиков в делах компании теперь регулировалась суммой их взноса: минимум - 100 фунтов, за 500 - уже право участвовать в собраниях акционеров, за 1000 - баллотироваться в директорат. А всех интерлоперов, которых догонят, суда компании получали право обыскивать и конфисковывать (и суда, и грузы).
Всё это было просто супер, но буквально через три года власть радикально поменялась - произошла Реставрация, и в страну вернулся ЕКВ Карл II Стюарт. За сотрудничество с режимом "узурпатора-цареубийцы" (мертвого уже Кромвеля) могло так сильно нагореть, что директория ОИК постановила уничтожить все экземпляры хартии и сделала вид, что "а ничё ваще не было, чо!". И смиренно попросила у короля новую хартию (как дедушкО Ваш давали, и папа тоже!). Карл II милостиво повелевать соизволил докУмент выдать уже в 1661 году, и отчего-то даже тот был очень сильно похож на "пропавшую грамоту Кромвеля". Новыми были только два пункта - теперь ОИК могла арестовывать корабли интерлоперов и доставлять их в Англию, а также получила право суда над своими служащими в торговых факториях. За сие благодарные купцы отвалили Карлу II за 18 лет его правления 2 млн фунтов "подарков", а его брату Джеймсу, герцогу Йорку - подарили все свои монопольные права на торговлю и поселения в Западной Африке (возьми се, Б-же, чо нам не гоже...). Затем Карл II в 1667 году сделал ОИК "царский подарок с барского плеча" - за заем в 30 000 фунтов отдал полученный от Португалии (в качестве приданного королевы Екатерины де Браганса) остров Бомбей со всеми суверенными правами - издавать законы, судить, воевать, собирать налоги и даже чеканить монету. Хотя на самом деле это было то же самое "бери, Б-же" - осуществлять собственную власть так далеко королю было дорого и затратно, так что "неликвид" и спихнули купцам, которые бытро нашли ему достойное применение...
Королева Екатерина - принесла Бомбей в лапы хищнических капиталистеров
Яков II Стюарт за свое короткое правление вообще превратил ОИК в "государственное государство" - по хартии 1683 года компания получало право вводить военное положение в факториях и на судах, объявлять войну "варварским народам" по своему усмотрению, набирать и обучать офицеров, солдат и моряков. Также было получено право даровать муниципальную хартию Мадрасу, превратив его в полноценный город - на условиях Джона Компэни. Также ОИК были дарованы адмиралтейские полномочия - самой захватывать и судить захваченных в море "недобросовестных конкурентов". Когда один из пострадавших интерлоперов, Томас Сэндис, подал в суд, требуя признать незаконным право короля давать юрлицам торговые монополии, верховный судья Джордж Джеффрис (тот самый, который услал Питера Блада и Джереми Питта в суровое рабство на Барбадос) заявил, что враги Компании - враги короля (ну а суд Сэндис проиграл).
В это же время случился первый большой скандал внутри самой компании. Группа "консерваторов" во главе с управляющим Джозайей Чайльдом стояла за "жесткую монополию" - пайщиков было всего 556, основным капиталом распоряжались 40-50 человек, реально всеми делами управляли всего 10-12 человек. Поскольку капитал был ограниченным, "толстосумы" просто скупали паи и не давали доступ "честным торговцам" к доходам и делам компании. Для сохранения этого положения "консерваторам" требовалась поддержка властей, потому они солидаризировались с партией тори. "Обновленцы" во главе с Томасом Папильоном ратовали за расширение капитала (и числа пайщиков) путем свободной продажи ценных бумаг всем желающим, и потому стояли за оппозиционных вигов. На "несогласных" натравили всё того же Джеффриса, который обвинил Папильона в подстрекательстве к мятежу, и тот вынужден был сбежать в Нидерланды.
Судья Джеффрис, враг врагов Компании
Однако каждый раз, когда ОИК добивалась режима наибольшего благоприятствования, политическая ситуация менялась и приносила очередной облом. В 1685 году Славная революция свергла с престола Якова II. Новыми королями стали Мария II Стюарт и ее муж Вильгельм III Оранский, но смысл революции был в том, что теперь в стране все важные вопросы решал не монарх, а парламент. Палата общин "изучила вопрос" после очередной жалобы (поселенцев острова св. Елены на губернатора ОИК) и потребовала увеличить капитал до 1,5 млн фунтов, а также ограничить сумму паев в руках одного акционера 5000 фунтов. Это было, по сути, очередное проталкивание "обновленчества". Но Чайльд смог подсуетиться взятками в Тайный совет (на 80 000 фунтов) и получить новую королевскую хартию в 1693 году. Правда, кое-чего пришлось лишиться - капитал был таки увеличен до 744 000 фунтов, а доля одного акционера ограничена 10 000 фунтов.
Однако "подлые обновленцы" во главе с вернувшимся из эмиграции Папильоном снова взбудоражили парламент в 1694 году - коммонеры потребовали бухгалтерские книги ОИК и обнаружили отсутствие указаний на то, куда за пять последних лет были потрачены 103 000 фунтов. Председатель совета директоров Томас Кук загремел в Тауэр, где дал показания, шокировавшие своей неожиданностью - компания дает взятки! "Парламентское расследование" начало выдергивать нитки из таких уважаемых людей, как генпрокурор, председатель Тайного совета (то бишь, глава правительства) Томас Осборн, герцог Лидс, и даже (ах тыж сука ж!) некоторые парламентарии! Но тут вмешался король - за очередные 10 000 фунтов от ОИК Вильгельм III распустил парламент, а поскольку коммонеры не успели проголосовать по результатам расследования, это дело просто развалилось.