Мир до последнего дуката После битвы у Фрауштадта у саксонского курфюрста (и уже "практически титулярного" польского короля) почти не осталось армии, так что когда в Силезию на помощь Карлу Густаву Риенхольду ( Реншёльду ) пришел сам Каролус, то никакой альтернативы у Августа не было, потому что вторжение шведов в беззащитную Саксонию - это не альтернатива. 24 сентября 1706 года в Альтранштедте был подписан договор между представителями обеих королей, который означал фактическую капитуляцию Августа II. По его условиям курфюрст отказывался от короны Жечи в пользу Станислава Лещински, сдавал все крепости и склады с амуницией, какие еще имелись в Польше, позволял шведам разместить в городах Саксонии гарнизоны, выплачивал огромную контрибуцию, разрывал союз с Россией. Отдельным пунктом, по которому шведы были особенно непреклонны, стала выдача Йоханна фон Паткуля. Подписанты Альтранштедтского мира торжественно отобедали Сам Август (и уже не II) находился в это время в Люблине, где к нему совершенно неожиданно нагрянул "гость" - князь Меншиков, да не один, а с корпусом ( корволантом , говоря на корявом "русско-нерусском" языке того времени), горящий желанием "повоевать" шведа. Курфюрст как-то заменжевался рассказать о заключенном с ворогами мире, потому что хотел держать его в тайне, опасаясь гнева Пытра. Меншиков же "что-то подобное подозревал" и едва ли не пинками погнал саксонцев вместе с собою в бой против 7000 шведов и 10 000 (или 20 000 - кто ж эту шляхту считал?) поляков-лещинцев под общим командованием генерала Арвида Акселя Мардефельта . У союзников было 10 000 русских, 5000 саксонцев и 7000 поляков-сандомирцев. В смятении Август послал письмо шведскому командиру, предупреждая о нападении, но тот не поверил, решив, что сие есть довольно тупая военная хитрость - кто ж предупреждает заранее, что нападет-то? В итоге шведо-поляков ждал 29 октября 1706 года под Калишем разгром - 5000 убитых и раненых, 5000 пленных (в том числе и Мардефельт), при том, что союзники потеряли всего "неизвестно сколько - несколько сот" (есть данные лишь о русских потерях - около 400 человек убитых и раненых). Битва под Калишем - картинка наглядно показывает, кто на самом деле нет всех сделал, а кто даже не заслужил, чтобы их рисовали Далее вообще началась "комедия положений". Пылкающий на Августа за "веларомство" Каролус взял да и опубликовал Альтранштедтский договор, чем зажал саксонца почти в угол - тот вынужден был врать и изворачиваться, вытолкав Меншикова на зимние квартиры в Галицию (и постоянно трясясь при мысли, что вот-вот он всё узнает!), а потом отпустил всех пленных и сам практически сбежал в Саксонию, где 19 декабря официально ратифицировал договор, и Каролус сменил гнев на милость. Оставалось еще выдать Паткуля. Оно уже превратилось в авантюрный роман с переходом в трагедию. Этот перец к тому времени "достойно" запутался в собственных аферах. Будучи с 1702 года на службе у Пытра, он долго пил кровь из Августа (да и из Пытра тоже - бесконечными жалобами на всех вокругв), пока, наконец, не решил жениться на датскоподданной девице и попросту дать тягу в ее родовые поместья - внезапно, в Швейцарии (да, жучара был еще тот). Тем временем Пытр приказал ему вывести командуемый им русский отряд из Саксонии через Жечь, а буде саксонцы или "жечане" начнут препятствовать - отдать войска "во временное пользование" германскому императору. Дело было в декабре 1705 года, саксонцы совсем не хотели лишаться русского отряда и потребовали от Паткуля просто сдать команду, а они "сами разберутся". Тому бы плюнуть и бечь в свою Швейцарию, но лифляндец отчего-то уперся - наверное, боялся Пытра и его длинных рук. Кёнигштайнское узилище Тогда коварные немцы схватили его и ввергли в узилище, где он и обретался до подписания Альтранштедтского мира. Легенда гласит, что Август совсем не хотел прослыть человеком, который "сдает своих", хоть и бывших, но на верную смерть, и тайно послал коменданту замка Кёнигштайн, где держали узника, приказ отпустить его "под видом побега". Но комендант оказался какой-то безбашенно-жадно-хитрожопой немецкой гнидой и задумал стрясти с Паткуля за побег солидный выкуп. В "торговле суммами" узник и тюремщик провожжались до апреля 1707 года, когда мятежного лифляндца наконец-то настигло шведское правосудие - его заковали в цепи и кинули теперь уже в шведское узилище, из которого извлекли только 10 октября всё того же 1707 года, чтобы живьем колесовать, а затем четвертовать. Вот так погиб пламенный патриот Латвии Лифляндии, не понятый ни своим соотечественниками (дружно считавшими его предателем - даже родная мамО, говорят, плюнула ему в 1701 году в лицо), ни саксонцами, ни шведами, ни даже россиянами (хотя Пытр сильно ругался и требовал сперва от Августа, а потом даже от Каролуса отдать"сердешного друга")...