qebedo (qebedo) wrote,
qebedo
qebedo

Categories:

Генерал и его лабиринты - 14

Когда суки люди не хотят быть счастливыми

Описывать перипетии существования Боливариссимуса на должности диктатора Перу можно долго, рискуя потонуть в обилие фамилий, перемен властей и "тонкостях гуглоперевода". Поэтому позвольте уж "конспективно выделить главное" - 6 августа 1825 года Сукре провел в Верхнем Перу (или Старом Перу, или бывшей королевской аудиенсии Чаркас) конгресс, который провозгласил отделение этого края от "Перу натурального" и создание тут республики Боливия (ага, так скромно). Причем название не было случайным - Либертадориссимус стал там местным Богом (именно с большой буквы), и в республике был принят "Кодекс Боливара" (да, да, наш подопечный косплеил Сами Знаете Кого). Симоныч даже попытался ввести его и в Перу, и получилось - на несколько недель. В общем, "главнокоман" получил наконец "свой собственный" кусочек Америки, где мог всем вертеть по собственному разумению, и где верный цепной пес Сукре приглядывал за порядком.


Эхе-хех, ушатали сивку революционные горки, пора бы уже и на покой...

Но жить в свое удовольствие не получилось. Сперва мудрым кондором полетел Либертадориссимус на конгресс в Панаме. Сборище было задумано как слет представителей всех добившихся независимости южноамериканских государств и их "спонсоров" - США, Великобритании и Нидерландов (ну, у них было в Америке пару кусков земли, потому и решили позвать для проформы). Однако Аргентина, Бразилия, Чили и Парагвай делегатов не прислали, и даже из Боливии никто не приехал - у Сукре начались политические неприятности, и потребовалось, чтобы "все были дома". Так что Боливар как представитель всей Великой Колумбии глядел на посланцев "спонсоров" в компании лишь делегатов из Перу, Центральной Америки и Мексики. Увы, но главный вопрос повестки - создание Лиги американских государств - оказался интересен лишь Боливару, и потому утонул в бесконечных бла, бла-бла и бла-бла-бла. На церемонии закрытия конгресса 15 июля 1826 года мексиканские делегаты слащаво предложили "снова всем собраться так здорово" в Такубае (естественно, Мексика), чтобы "уже все вопросы порешать", на что Либертадориссимус сделал фальшивое лицо и улыбку до ушей - "будем всенепременно!".

Ну а потом пришлось разбираться с геморроем, который устроили расшалившиеся в четырехлетнее отсутствие "папки" дети в Великой Колумбии. В Венесуэле началась "Козьята" - политический процесс, получивший название от словечка, употреблявшегося популярным итальянским комиком "на театре" (насколько я понял, в значении "дельце", или даже "фигня"). "Каракасиане" (и каракасианки) были очень недовольны тем, что у них с Новой Гранадой "одна Колумбия", одна на всех столица, и та не в Каракасе, а в Боготе, да еще и вместо трех вице-президентов - один на всех Сантандер. Который как раз начал "перегибать федеральную палку", обязав Венесуэлу выставить 50 000 солдат, да еще и прислать их в Боготу - видите ли, до него дошли слухи, что Испания и Франция заключают промеж себя "Священный союз", чтобы напасть на Америку и снова ввергнуть ее в путы рабства.


Таита, то бишь Отец Родной Паэс, теперь в роли Эль Президенте

Весной 1826 года эти требования возмутили честных венесуэльцев - для чего, понимаешь, боролись с ненавистным игом испанской тирании, чтобы отдавать несчислимы полчища юношей в рабство новогранадскую рекрутчину?! Недовольство подогревалось недавним делом полковника Леонардо Инфанте - герой войны за независимость Венесуэлы поселился в Новой Гранаде, где был арестован по недоказанному (с точки зрения венесуэльцев) обвинению в убийстве какого-то лейтенанта и казнен расстрелянием. В общем, по стране прокатилась "волна возмущения", кульминацией которой стал мятеж в городе Валенсия, в ход которого "пострадали люди" - 5 мая 1826 года там начались бои между войсками, верными конституции Великой Колумбии, и "силами самообороны неравнодушных военных Венесуэлы".

Президент Венесуэльской федеративной республики Хосе Антонио Паэс фактически поддержал сепаратистов. Хотя когда в декабре 1826 года в Пуэрто-Кабельо приплыл Боливар, они дружно обнялись и поклялись в верности Великой Колумбии до гроба. Что не помешало Паэсу продолжить свою "ползучую оппортунистическую линию", на которую, по мнению некоторых историков, его вдохновлял сам Либертадориссимус - ибо федеральное правительство Великой Колумбии перестало удовлетворять его высоким представлениям о прекрасном, и ему нужен был повод объявить "отечество опасносте!"...

Tags: Латиносы
Subscribe

Posts from This Journal “Латиносы” Tag

  • Генерал и его лабиринты - 15 (и это финал)

    Зик транзит боливария мунди Диктатор, истребив и разогнав оппозицию, продолжал править Великой Колумбией "по своему усмотрению", страдая…

  • Генерал и его лабиринты - 15

    Как заставить всех быть счастливыми Всё внимание Боливариссимуса было поглощено подготовкой к началу работы конституционного совещания ("…

  • Генерал и его лабиринты - 13

    Через горы и долины шли дивизии вперед... Однако между свиданием в Гуаякиле и появлением Боливара в Перу прошло более года. И "тормозил"…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment