qebedo (qebedo) wrote,
qebedo
qebedo

Category:

Дохмелье, хмелье и похмелье - 39

Топ, топ, Конотоп... (окончание)

Итак, войско князя Алексея Трубецкого под Конотопом насчитывало примерно 28 600 человек: полк (как часть войска, ближе к современной дивизии) Трубецкого и подчиненный ему полк Алексея Бутурлина, полк князя Григория Ромодановского, полк князя Федора Куракина и подчиненные ему полки князя Семена Пожарского и князя Семена Львова. К ним необходимо присоединить еще 6660 казаков наказного гетмана Ивана Безпалого, так что общее число "московской рати" достигало 35 260 человек. Против них Иван Выговский смог привести под Конотоп 10 казацких полков числом 16 000 человек, 13 наемных хоругвей (поляки, литвины, немцы, сербы и молдаване) числом от 1500 до 3000 человек, плюс 600 драгун, присланных на подмогу из польского коронного войска - итого 18 100 или 19 600 человек. С такими силами гетьман атаковать не решался и ждал подхода союзников-татар, которые прибыли накануне 8 июня 1659 года в количестве 30 000 или 35 000 человек под командой хана Мехмеда IV Герая. Так что общее число войск "антимосковской" коалиции составило от 48 100 до 54 600 человек.


Сражение под Конотопом, 1 этап (тыц)

Рано утром 8 июня 1654 года татары напали на передовые отряды московской рати у переправы через реку Куколка. Не поверив, что за нападением скрывается новое вражеское войско (о соединении Выговского с татарами воеводы не знали), Трубецкой послал туда всего 4000 человек во главе с Пожарским и Львовом, да еще примерно 2000 казаков. Впрочем, основную вину за всё случившееся потом несет князь Семен Пожарский - не вьюнош (41 год), с огромным опытом войны против татар же, он мог сообразить, что его лихим молодецким ударом, опрокинувшим нурэддин-султана Адиля Герая у переправы через Куколку, надобно и ограничиться. Ведь то, что всадники Пожарского и Львова кинулись безоглядно преследовать бегущих и попали в итоге под удар с трех сторон всей крымской рати - это можно было писать в учебниках по тактике XVII века для мальчиков, настолько элементарный и "детский" был прием ложного бегства для заманивания в засаду. В итоге 6-тысячный отряд попал в окружение и практически весь был выбит стрелами и вырублен - и Пожарский, и Львов попал в плен (первого казнят по приказу хана за "противные речи", а второй умер от ран через две недели).

Не зная еще ничего о судьбе отряда Пожарского, Трубецкой вдруг почувствовал "внезапное беспокойство" (где оно было несколькими часами ранее?) и послал к переправам через Куколку Ромодановского с 3000 дворян, детей боярских, рейтаров и драгун. У переправы воевода узнал от убегавших "пожарцев" о трагической катастрофе на другом берегу реки, а также увидел казаков и наемников Выговского, разворачивавших боевые порядки. Ромодановский решил оборонять переправу, чтобы выиграть время, и отправил гонцов к Трубецкому, который выслал на помощь еще полк рейтар (1200 человек) и 500 дворян и детей боярских. Итого, эти 4700 человек до вечера отбивали атаки на переправу "выговцев" -  правда, довольно слабые, ибо казаки совсем не горели высоким боевым духом.


Сражение под Конотопом, 2 этап (тыц)

Судьбу боя снова решили татары - пленник из числа казаков Безпалого показал им неизвестный московским воеводам брод через болотистую Куколку ниже переправы, и степняки смогли выйти во фланг отряду Ромодановского. В это же самое время польские драгуны и наемники-литвины перебрались через реку выше переправы и вышли Ромодановскому в тыл. Спасая свой отряд, воевода приказал отступать к лагерю главных сил, что московские ратные люди и сделали, а наступившая ночь прекратила сражение. На следующий день оба войска стягивали силы к Конотопу, а 10 июня 1659 года казаки, наемники и татары пытались атаковать лагерь Трубецкого, но были отбиты, и даже более того - контратака вынудила их отойти обратно к переправе.

Убедившись, что перед ним большая неприятельсткая армия, опасаясь вылазок из Конотопа и понеся существенные потери (как материальные, так и "моральные", ибо погибли и попали в плен "лутшие люди" - два окольничих, два полковника-иностранца, стольник, трое стряпчих, 79 дворян московских и 164 жильца, всего 249 московских чинов), воевода решил снять осаду и отойти к Путивлю. По поводу понесенных сторонами потерь до сих пор полыхают свирепые русско-украинские срачи - наиболее аргументированной источниками представляется российская позиция (около 6800 русских и казаков Безпалого против примерно 7000 татар и казаков), однако же в свете  хода самого сражения такие высокие потери со стороны "выговцев" и хана "издалека выглядят более чам странно"... Отдельный "срачепункт" - вклад в победу самого гетьмана Выговского, который "россиянская сторона" признавать отказывается категорически. Не влезая под "огнь говнометов", могу лишь осторожно заметить - только наиболее отчаянные и упоротые фанаты Ивана Остафийовыча настаивают на том, что он имел когда-либо какие-то особые полководческие способности, но и утверждать, как делают некоторые, что "он был [ничтожный] писарь" (явно путая "канцелярского крыса" с должностью генерального писаря Войска Запорожского, которая фактически в те времена соответствовала посту канцлера), тоже не стоит. В конце концов, именно Выговский смог добиться того, чтобы на поле боя под Конотоп пришло войско, которое и нанесло московской рати столь обидное (до сих пор) поражение...


Зато "патріотичні художники" оттоптались по полной...

Конотопское сражение стало "апогеем" Выговского, ибо практически сразу после него так высоко взлетевший "сокил" рухнул вниз со скоростью свободного падения. Удар нанесли те, кого он считал союзниками - 22 марта в Варшаве открылся экстраординарный сейм, который должен был утвердить условия Гадячского договора и создать "триединую Жечь" из королевства Польского, Великого княжества Литовского и Княжества Русского. По такому случаю в столицу королевства приехала большая казацкая делегация - около 200 человек во главе с полковниками Носачем и Лесницкым и Ежи Немиричем. Сейм "прел и грелся" до 30 мая, когда, наконец, были подписаны "отредактированные" статьи договора... Но когда Выговскому доставили текст этих статей, он после их прочтения заявил посланцу "ты со смертью приехал и смерть мне привез!", после чего "и, сев на кровать, он заплакал".

Делегаты сейма знатно покуражились над первоначальным текстом договора. Никаких слов о "Княжестве Русском" и "триединой Жечи" не было и в помине. Вместо отмены Брестской унии было всего лишь запрещено строить новые униатские церкви и монастыри. Гетьману запрещалось принимать любых иностранных послов - и это было даже хуже условий Переяславского договора с Москвой, который "табуировал" только польских и татарских эмиссаров. Все крестьяне и имения возвращались "прежним" (то бишь до 1648 года) владельцам. Реестр сокращался по сравнению с первоначальной редакцией вдвое - до 30 000 казаков, что было хуже даже Зборовского договора, в котором речь шла о 40 000. Гетьмана теперь выбирала не войсковая рада, а... круль "из четырех кандидатов", которых избирали "должностные лица воеводств Брацлавского, Киевского и Черниговского". Сенаторские должности в этих же воеводствах должны были "чередоваться" между католиками и православными - даже в Зборовском договоре предусматривалось, что это будут только православные. И воеводой Киевским стал только лично Выговский - тогда как первоначально предусмотрено было, что каждый гетьман будет получать эту должность "автоматом"...


Анджей Потоцки[й]

Естественно, как только такие "условия" Гадячского договора стали известны в Гетманщине, "поднялась волна" - все завоевания с 1648 года оказались "похерены" всё теми же "ляцкими католическими мордами", а гетьман, получается, "продал неньку униятам" за Киевское воеводство для себя лично. Поспольство в городах, полки и их полковники отказывались подчиняться Выговскому и приносили присягу невесть откуда вынырнувшему Юрию Хмельницкому, заявившему о сохранении верности царю. 17 октября 1659 года Выговский, не желая, помимо царских войск, воевать еще и "против всех, кто движется", и остаться хотя бы воеводой Киевским, сложил с себя полномочия гетьмана Войска Запорожского (взамен чего начал писаться в бумагах "гетманом великим коронным" - чисто "по приколу", ибо никто его сим титулом не жаловал) и укрылся в рядах польского отряда обозного коронного Анджея Потоцки[го] (сына гетмана Реверы), который был послан еще весной 1659 года ему на подмогу. "Яркое, но быстрое" гетманство "наследника Хмельницкого" закончилось.

Tags: Богдохмелье, Век семьнадесятый
Subscribe

Posts from This Journal “Богдохмелье” Tag

  • Дохмелье, хмелье и похмелье - 42 (и это всё)

    Черная зрада Отречение Хмельниченко одновременно создало правовой вакуум на Гетманщине и официально освободило "свято место" - ибо (вы не…

  • Дохмелье, хмелье и похмелье - 41

    Тень Хмельницкого Капитуляция под Чудновом случилась не только потому, что московский воевода "духом пал" оттого, что гетьман к нему не…

  • Дохмелье, хмелье и похмелье - 40

    Хмельницкий 2.0 Старшина, выступившая против Выговского, сделала своим вождем Юрия Хмельницкого ( Юрия Венжика Хмельниченко) - потому что магия…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 16 comments