qebedo (qebedo) wrote,
qebedo
qebedo

Category:

Терситея - 24

X. Возвращения

На руинах дворца Приама разгорелся скандал вокруг Аякса, сына Оилея, или Аякса Малого, царя локров. И он сам, и Кассандра отрицали, что прорицательница была изнасилована. На его беду, при общем разделе добычи Кассандру как свою долю забрал Агамемнон, влюбившийся с первого взгляда. Так что царя Микен терзали злоба и ревность при мысли, что обвинение могло быть правдой. И тут восстал со своего места в большом совете Одиссей и громогласно поклялся, что собственными глазами видел, как Аякс тащил Кассандру, которая схватилась за изваяние Афины. Локр-де рванул так, что потащил за собой и статую, которая, по словам Одиссея, возвела очи горе, чтобы не видеть всего этого безобразия.

Я тогда не удержался и спросил, как же он успел быть в двух местах одновременно — ведь он грабил дом Гектора, где убил Астианакта? На что Одиссей, и глазом не моргнув, ответствовал, что тем, кому покровительствует богиня, дается сила ног и проворство в движениях, чтобы повсюду успевать. Тем временем Агамемнон, распаленный свидетельством Одиссея, потребовал лишить Аякса жизни за святотатство — ибо он навлек на всех греков гнев Афины (будто всё то, что делалось с троянцами до того, ее не гневало, а на проделки своих любимцев Диомеда и Одиссея она не закрывала те же самые глаза постоянно). Так что побили бы локра камнями, когда бы он не вскочил, растолкав вождей, и не бросился во всю прыть своих быстрых ног в тот самый храм Афины, откуда заявил, что добром не выйдет, а взятие его силой будет тем же самым святотатством, а еще поклялся, что Одиссей лжет, быстро прибавив — «что видел всё своими глазами».

На самом деле большинству войска было совсем безразлично, что на самом деле совершил Аякс — все горели жаждой поскорее отплыть на родину из давно постылых мест. И потому совет вождей, собравшийся в последний раз, постановил оставить всё как есть и расплываться по домам. Но Афина никогда не была девой кроткой, а совсем наоборот — злопамятной и мстительной. Когда Аякс Малый достиг Каферейских скал, богиня выпросила у Зевса перун и кинула его в корабль. С помощью своей ловкости и ручного змея царь локров смог выбраться на Гирейскую скалу, где, едва обсохнув, начал похваляться, что-де вот он тут, жив и невредим, несмотря на волю богов и всякие перуны с небес. Это был последний глупый поступок в его жизни — сам Посейдон хватил скалу своим трезубцем, отчего она раскололась и ушла на дно вместе с Малым Аяксом, без великой славы носившим то же имя, что Большой.

Теперь же расскажу по порядку о возвращениях всех оставшихся в живых героев из-под Трои, начиная с самых малоизвестных из тех, кого вообще упоминал.

Косцы Антиф и Фидипп той же бурей у горы Кафереи, которая поглотила Аякса Оилида, были разлучены, и первый причалил в земле фессалийских пеласгов, где и поселился, а его брат в итоге обосновался на Кипре.

Та же буря унесла корабли перребов и их вождя Гунея в Ливию, где они и поселились на берегу какой-то реки.

Хуже всего у этих Каферейских скал пришлось магнесийцам и моему приятелю Профою — его корабль затонул, а немногие выжившие спаслись на Крите.

Лапифы Полипет и Леонтей вообще бросили суда и дошли сушей со своими людьми до Колофона в Ионии, где и осели. Позднее буйные сыновья Пирифоя захватили какие-то земли в Памфилии и правили ими.

Подалирий, сын Асклепия и брат убитого Еврипилом Мисийским Махаона, поступил как человек скромный и богобоязненный — добравшись с лапифами до Колофона, оттуда он отправился в Дельфы и вопросил оракул, где ему поселиться. Тот ответил в своей любимой манере — дескать, живи там, где будешь вне опасности, даже если небо упадет на землю. И Подалирий долго скитался, пытаясь отыскать такое место, пока не дошел до Херсонеса в Карии, где высокие горы окружают город так, что могут сдержать небо, если оно вдруг упадет (ох уж и забавники, по мне, эти оракулы, но еще забавнее те, кто им верит с открытым ртом).

Еврипил из Ормениона, неудачливый кулачный боец на играх в честь Патрокла, при разделе добычи получил некий резной ларец с изображением Диониса, открыв который, обезумел (кое-кто из орменцев говорил, что просто упился вусмерть, а потом впал в запой и не просыхал). Его люди взяли его под белы руки, усадили на корабль и отвезли в Дельфы, где оракул велел ему плыть в Патры. Там на берегу орменцы увидали совсем некультурное (хоть и до сих пор греческое) действо — принесение в жертву юноши и девушки. Еврипил выскочил из корабля, разогнал процессию и прекратил сие безобразие, отчего ему сразу и полегчало. А благодарные за прекращение давно уже ненавистного обычая жители Патр сделали его своим правителем.

Евмел, сын Адмета, искуснейший вожатый колесниц, безо всяких приключений возвратился со своими людьми в родные Феры.

Фокидянин Эпистроф, брат Схедия, убитого Гектором, благополучно вернулся в родные края, где и умер в свой срок в Антикире.

Вождь афинян Менесфей, прибыв в родной город, обнаружил, что ветреные афиняне сделали царем сына Тесея Демофонта. Поразмыслив, Менесфей не стал вступать с ним в борьбу и уплыл на остров Милос, царем которого и был до самой своей смерти.

Лучник Филоктет возвратился в Мелибею, правителем которой был, но весьма скоро отвыкшие от царской руки жители восстали и изгнали его. После чего убийца Александра перебрался в земли хаонов, вождем которых и был до того дня, как погиб в бою с какими-то италийскими пиратами.

Тевкр, брат Аякса Большого, приплыл на Саламин с невесткой Текмессой и племянником Эврисаком, но отец Теламон обвинил его в том, что он не защитил Аякса и не отомстил за его смерть. Видимо, царь Саламина не очень любил младшего сына от троянки, а для продолжения рода у него имелся сын Аякса Эврисак. Так что Тевкр переселился на Кипр, где основал город (в котором поселил троянских пленников), названный по имени своей родины — Саламин Кипрский, женился там на дочери местного царя, от которого и унаследовал титул и часть острова. После смерти Теламона он хотел вернуться на отчину, но его опять не пустили — на сей раз подросший Эврисак.

Царь Тегеи Агапенор, сын Анкея, помогавший Агамемнону в руководстве ополчением Пелопоннеса, противными ветрами был отнесен на тот же Кипр, где выстроил город Пафос и обитал там до самой своей смерти.

Благоразумному Нестору, всячески избегавшему гневить богов и людей, боги и люди дали спокойно возвратиться в Пилос, где он еще довольно долго утомлял многочисленных детей и внуков рассказами — на сей раз о Великой войне и своем в ней решающем участии. Умер он, насколько знаю, тихо и безболезненно. После него трон достался Фрасимеду.



Tags: Некропостинг, Терситея
Subscribe

Posts from This Journal “Терситея” Tag

  • Терситея - 26 (и это всё)

    XI. Телегония Жизнь моя вышла на рубеж, за которым начиналась старость. Полвека — это срок, после которого от мужчины уже ничего не ждут,…

  • Терситея - 25

    Неоптолем, он же Пирр, сын Ахиллеса, прожил свою короткую жизнь бурно и неистово — как танец пирриху, который он же первым и станцевал. Бабка…

  • Терситея - 23

    Итак, сын Ахиллеса уже был в лагере, и оставалось выполнить еще два оракула. Лопатку Пелопа с большими почестями и помпой привезли из семейного храма…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment