qebedo (qebedo) wrote,
qebedo
qebedo

Categories:

Табакерка императора - 3

Глава третья, в которой всадник неожиданно поет йодль

Где-то вдали за рекой Инн разгорались огни - в небе, чистом ноябрьской свежестью, догорала утренняя заря. Голубые мундиры баварской пехоты смотрелись в таком освещении особенно авантажно, и даже суровому и непоколебимому фарару Йоахиму Хаспингеру на секунду показалось, что это ангельское воинство спустилось с небес, дабы покарать погрязших во грехе толстопузых, плоскозадых, волосатых тирольцев в немытых и нестиранных штанах и гольфах, куда более походивших на полчища сатаны, нежели на воителей за истинную веру. Однако закореневший в вере за годы суровой жизни настоятеля в горах Хаспингер мысли сии в себе истребил прочтением "Богородицы", после чего ободряюще потряс хоругвью, вселяя в ряды тирольских повстанцев мужество и решимость сразиться еще раз с врагом рода человеческого в недрах земных и приспешниками оного на его поверхности.

Другими словами, 1 ноября 1809 года у Бергизеля, слегка к югу от Инсбрука, начиналось последнее большое сражение Тирольского восстания. Ладный и ловкий бодряк с вьющимися волосами, а также гусарскими усами и рейтузами Йозеф Шпекбахер, сын лесоторговца по происхождению и браконьер по призванию, и грузный и толстый под своей окладистой бородой и щекастым румяным лицом трактирщик Андреас Хофер, и по призванию, и по роду деятельности трактирщик, выстраивали, как могли, ряды 8500 стрелков с пятью трофейными пушками, попадающих в белку с пятидесяти шагов, но не умеющих, а главное, не желающих выслушивать команды офицеров, пусть даже и выбранных из собственных рядов. Все они хотели использовать последнюю возможность дать бой оккупантам-северянам, мечтавшим раздавить, наконец, этот бунт и присоединить Тироль к Баварии навечно.

Противостояли им, наступая стройными, по-немецки четкими шеренгами, солдаты 2-й баварской дивизии, которыми командовали дивизионный генерал Жан-Батист Друэ д'Эрлон и генерал-лейтенант Карл Филипп Йозеф фон Вреде. Сопровождали их 12 орудий и суровый приказ императора зтопить-таки в крови это восстание, уже полгода подрывавшее основы стабильности и благополучия всего того нового миропорядка, который был установлен в Европе с помощью французских штыков. Австрийцы же, разжегшие оный бунт перед самым началом своей войны с Наполеоном, уже заключили мир, о чем и сообщил накануне присланный к Хоферу гонец.

Так что сражение, которое намеревались дать горцы, было не актом героизма, патриотизма или преданности монархической идее - оно было всего-навсего всплеском отчаяния людей, которые не хотят глядеть в лицо не совпадающей с их желаниями реальности. Хофер потому и был предводителем этих людей, что понимал всё это, но и он тоже не находил других вариантов сохранить самоуважение и чувство выполненного долга. В очередной раз христианский мистицизм и крестьянская дремучесть брали верх над здравым смыслом и прагматизмом.

В отличие и от своего командующего, и от фарара Хаспингера, который во всех случаях предпочитал выбирать Иисуса и деву Марию, а не пошлые интересы суетных людишек, Шпекбахер, воплощение духа здорового авантюризма, несгибаемости и смекалки горца, просто внимательно разглядывал ряды противника. И именно он заметил эту странную фигуру - на белом в яблоках коне высокий стройный всадник в странном белом мундире ехал, гордо подбоченясь и не обращая внимания на пули, которые самые меткие из тирольцев уже начали выпускать из своих верных винтовок в сторону наступавших баварцев. На бледных губах его играла какая-то особо презрительная улыбка, и время от времени он...

"Нет!" - очень сурово, как и абсолютное большинство всего, что произносил в жизни, сказал фарар Хаспингер.

"Чего нет?" - как всегда, удивился Шпекбахер, так и не привыкший к манере святого отца отвечать на заданные мысленно не ему вопросы.

"Он не может петь йодль".

"Это почему?" - дух противоречия, наряду с духом выпитого накануне алкоголя и святым духом, всегда был преобладающим в характере Шпекбахера.

"Потому что саксонцы йодль не поют", - фарар Хаспингер всегда обезоруживал собеседников ответами, на которые нечем было возразить...

А четвертое сражение у Бергизеля закончилось через два часа. Только Шпекбахеру удалось на правом крыле остановить и даже слегка потеснить баварцев. Остальные же повстанцы поняли, что намерение умереть в бою за родину и не отдавать ни пяди родной земли врагу - это, конечно, очень героично, да вот они пока еще не совсем герои. И задали стрекача, намереваясь, как всегда, рзбежаться по лесам и отсидеться в горах до тех пор, пока Иисус и Богородица в очередной раз не отведут от них все беды и печали.



Tags: Табакерка императора
Subscribe

Posts from This Journal “Табакерка императора” Tag

  • Табакерка императора - 6

    Глава шестая, в которой братская любовь превращается в особое задание Бывшему императору Священной Римской империи германской нации Францу II фон…

  • Табакерка императора - 5

    Глава пятая, в которой исчезают призраки Секретарь Высшего суда Шотландии по гражданским делам Уолтер Скотт больше был похож не на адвоката, а на…

  • Табакерка императора - 4

    Глава четвертая, в которой архикацлер империи неожиданно занимается философией Второй человек Французской империи носил титул архиканцлера и…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment